Охотничье хозяйство ссср охота до начала великой отечественной войны

После Великой Октябрьской социалистической революции произошли коренные изменения в охотничье-пушном хозяйстве нашей Родины.

Охотничий фонд — все дикие звери и птицы — стал общенародной (государственной) собственностью. Хищнический промысел, процветавший в царской России, сменился плановым социалистическим охотничьим хозяйством, в котором добыча пушных зверей стала регулироваться Советским государством на основе плана. Кроме добычи пушнины, Советское государство постоянно заботится о воспроизводстве и увеличении численности диких зверей и птиц, в плановом порядке пополняет фауну новыми животными, ограничивает лицензиями или совсем запрещает добычу зверей, насчитывающих небольшое поголовье, и через заготовительные организации оказывает охотникам значительную помощь в реконструкции охотничье-промысловой техники.

Помимо акклиматизации новых зверей и значительного роста их численности, пушные ресурсы СССР заметно выросли за счет развития новых отраслей советского пушно-мехового хозяйства— звероводства и кролиководства, а также благодаря введению промысла многих недобываемых в дореволюционной России массовых видов животных (крот, хомяк, крыса водяная и т. д.).

Советская власть поручила государственным и кооперативным организациям проводить заготовки пушнины, изъяв их из рук частных скупщиков, жестоко эксплуатировавших охотников промысловиков в царской России. Заготовительные организации стали скупать у охотников меха по твердым государственным ценам, гарантирующим промысловикам хороший заработок. Помимо приемки добытой пушнины от колхозов и индивидуальных охотников, заготовительные учреждения совместно с колхозами организуют пушной промысел. Во многих районах СССР, богатых промысловыми зверями, где пушной промысел является производственной отраслью колхозов, созданы охотничьи бригады, работающие под руководством правления колхоза. За такими колхозами закрепляются для постоянного пользования охотничьи угодья. Районные советские организации перед началом промысла утверждают списки охотников, желающих добывать пушнину, а заготовительные учреждения, проведя заранее среди охотников подготовительную работу по организации рационального промысла, заключают с колхозами, охотничьими бригадами и охотниками хозяйственные договоры на добычу и сдачу пушнины. Одновременно заготовители заключают с колхозами договоры на содействие организации пушного промысла и снабжают промысловиков по твердым государственным ценам охотничьим оружием, боеприпасами, орудиями лова, различными предметами охотничьего снаряжения, а во многих отдаленных районах, кроме того, необходимыми пищевыми продуктами.

В целях улучшения качества добываемой пушнины заготовительные учреждения проводят работу по повышению культуры и технического уровня охотников путем организации краткосрочных курсов и съездов промысловиков для обмена опытом, выпуска брошюр, листовок, плакатов, показывающих рациональные методы охоты, правильную съемку и хранение шкурок и т. д. Лучшие охотники, перевыполняющие планы сдачи пушнины по количественным и качественным показателям, всячески поощряются заготовительными организациями.

Вся добываемая и заготовляемая в СССР пушнина поставляется народному хозяйству для использования на внутреннем рынке и для отгрузки на экспорт, который при Советской власти осуществляется на основе государственной монополии внешней торговли.

 В результате хищнической эксплуатации пушной фауны в царской России Советская власть получила в наследство сильно истощенный и пришедший в упадок охотничий промысел. Необходимо было провести срочные мероприятия, чтобы приостановить падение этой важной отрасли народного хозяйства, начать активное восстановление ее и затем перейти к плановому расширенному воспроизводству.

После победы Великой Октябрьской социалистической революции Советское правительство проявило большую заботу об улучшении положения охотничьего хозяйства. 29 мая 1919 г. В. И. Ленин подписал первое постановление Совета Народных Комиссаров о сроках охоты. По всей Советской России запрещалась охота весной и летом, кроме охоты с научной целью, которая должна была проводиться по особому разрешению Наркомзема. Повсеместно запрещалась охота на лосей и косуль в любое время года. Нарушители постановления привлекались к судебной ответственности; конфискацию оружия у лиц, имевших охотничье свидетельство, разрешалось производить только по решению суда. Наркомзему и Научно-техническому отделу Высшего Совета народного хозяйства было предложено разработать правила о сроках охоты, подготовить вопрос об организации заповедников и внести их на утверждение Совнаркома.

20 июля 1920 г. за подписью В. И. Ленина был опубликован Декрет об охоте, согласно которому регулирование охотничьего дела возлагалось на Наркомзем. Наркомзем обязан был организовать и руководить охотничьим хозяйством страны, наладить разведение и охрану охотничьих животных, а также снабжение охотников орудиями промысла, боеприпасами и одеждой. Наркомзем должен был также издавать инструкции и обязательные решения по всем вопросам охотничьего хозяйства, создавать заповедники, заказники, зоофермы, охотничьи парки, питомники пушных зверей, птиц и охотничьих собак, лаборатории и опытные хозяйства. В функции Наркомзема, согласно Декрету об охоте, входили, кроме того, производство обследования охотничьего промысла, учет и статистика охотничьего хозяйства страны, созыв съездов охотников, издание печатных работ по вопросам охоты организация охотничьей стражи и отрядов для уничтожения хищников, устройство складов с товарами охотничьего снаряжения, руководство и контроль над местными охотничьими организациями, выдача и регистрация охотничьих билетов, а также установление правил охоты, введение запретов и сроков охоты.

Согласно Декрету об охоте, правом на охоту могли пользоваться все совершеннолетние граждане РСФСР, охотничьи билеты выдавались бесплатно и эти же билеты должны были давать право на хранение и использование охотничьих ружей, боеприпасов и орудий лова. Лицам, имевшим охотничьи свидетельства, разрешалось охотиться повсеместно, кроме населенных пунктов и усадебных участков. Контроль над исполнением правил охоты возлагался на органы милиции и лесной администрации, на организации охотников и на всех граждан. Виновные в нарушении правил привлекались к законной ответственности.

В июле 1921 г. Президиум ВЦСПС вынес постановление, подтверждавшее государственную важность охотничьего промысла в хозяйственной жизни страны и признал необходимым оказывать помощь Союзу охотников в его работе.

В то же время (июль 1921 г.) на II съезде Всероссийского союза охотников (I съезд происходил в июне-июле 1920 г.) были приняты «Правила производства охоты, ее сроки и способы», которые 24 августа 1922 г. утвердили Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет и Совнарком РСФСР. Согласно этим «Правилам», на территории РСФСР все дикие звери и птицы были объявлены государственной собственностью, охотничья промышленность признавалась важной отраслью народного хозяйства страны, перед которой ставилась задача разводить, охранять и правильно использовать, в соответствии с государственным планом, диких зверей и птиц при обязательном условии увеличивать поголовье охотничьих животных.

Одновременно ВЦИК и Совнарком приняли постановление, согласно которому все гражданские и военные органы Советской власти на местах должны в корне пресекать все нарушения «Правил производства охоты», привлекая виновных к ответственности.

1 марта 1923 г. ВЦИК и Совнарком издали новое постановление «О праве охоты», которое дополняло Декрет об охоте от 1920 г. Возрастное ограничение отменялось в охотничье-промысловых районах страны, а население этих районов освобождалось от необходимости получать свидетельство на право охоты.

К охотничье-промысловым районам СССР, согласно «Правилам производства охоты» изданным Наркомземом в 1924 г., относились (за исключением губернских и областных городов и заводских поселков): Мурманская губерния, в Архангельской губернии Мезенский уезд, в Пинежском уезде Тимошенская, Сулецкая, Сурско-Сергиевская, Ярушевская и Верхкольская волости, область Коми, кроме части Усть-Сысольского уезда, расположенного к югу от реки Вычегды, в Пермской губернии Чердынский уезд, в Тюменской губернии Березовский уезд с 06-дорским краем, Сургутский уезд и Верхне-Пелымская волость в Туринском уезде, в Енисейской губернии Туруханский округ и, наконец, Северный Сахалин.

По «Правилам производства охоты» запрещалась охота в любое время года на бобров, выхухолей, зубров, сайгаков, благородных и пятнистых оленей, телят лосей, диких коз, изюбров, а также к западу от реки Енисея — на маралов, а в Европейской России-—на соболей. Запрещались такие способы охоты, как настораживание ружей и самострелов, рытье ям и разбрасывание отравы, за исключением отравления волков, ловля в тенета, в загородки при переправах животных через реки, преследование по насту, по льду на скошенный камыш, а также добыча пушных зверей и пернатой дичи, кроме хищников, давящими или повреждающими орудиями лова, т. е. петлями, силками, плашками, пастями, черканами и слопцами.

На зверей, добывать которых не запрещалось, нельзя было охотиться: в северной полосе СССР — с 15 марта по 15 октября, в средней полосе — с 1 марта по 15 сентября и в южной полосе — с 15 февраля по 15 сентября. Жителям северной и северо-восточной тундр и островов Ледовитого океана, а также кочевникам, для которых охота и рыболовство были основными источниками существования, разрешалось охотиться в любое время года и любыми средствами промысла.

Тигров, барсов, леопардов, волков и гиен разрешалось уничтожать в любое время года с применением всех способов и средств охоты, кроме общеопасных. На рысей, диких кошек, шакалов и сусликов, а также некоторых других зверей, которые приносили вред хозяйству (медведей, лисиц и т. д.), можно было охотиться в сезонное для промысла время всеми разрешенными способами, а в закрытое для охоты время — любыми, за исключением общеопасных.

Губернским лесным и охотничьим отделам, ведавшим охотой, было предоставлено право создавать заказники и запрещать в них на определенный срок охоту на всех зверей или на некоторые их виды, а также удлинять сроки запретов на добычу тех или иных животных на территории губернии.

Запрещалась торговля свежеснятыми шкурками пушных зверей или мясом свежеубитой дичи по истечении 10 дней со дня окончания сезона охоты.

Охота в заповедниках, границы которых должны были устанавливаться Совнаркомом, запрещалась. Республиканские, губернские и областные земельные органы, исходя из местных условий, имели право вносить в «Правила производства охоты» изменения в части сроков и способов охоты. Виновные в нарушении правил охоты наказывались принудительными работами сроком до 3 месяцев или штрафом до 300 руб.

Если ранее, при царизме, для охотников из рабочих и крестьян существовал большой налог за охоту, то при Советской власти, согласно постановлению Центрального Исполнительного Комитета и Совнаркома СССР, вышедшего в 1924 г, охотники облагались государственным сбором всего в размере 1 руб. 50 коп. за полугодие, причем от уплаты этого сбора освобождались охотники промысловых районов СССР. Вместе с членским взносом в Союз охотников общий годовой сбор с каждого охотника составлял 10 руб.

С 1917 по 1920 г. делами охоты поочередно ведали Наркомзем, Наркомснаб и ВСНХ. В сентябре 1920 г. было создано Главное управление по делам охоты при Наркомземе — «Глав-охота», которое с этого времени вновь стало руководить охотничьим хозяйством. В 1923 г. вместо «Главохоты» в Лесэкс-плуатационном отделе Наркомзема была организована секция охотхозяйства. Некоторая реорганизация была произведена и в Союзе охотников, созданном в 1921 г.

В 1922 г. на III съезде Всероссийского союза охотников ряд делегатов предложил перестроить Союз на промыслово-кооперативной основе. В феврале 1924 г. IV съезд принял это предложение, и Союз был реорганизован в промыслово-кооперативный союз охотников (Всекоохотсоюз), который в декабре 1924 г. имел 222 тыс. членов, или немного более 10% всех охотников СССР, если взять за основу цифру в 2 млн, которой Д. К. Соловьев 1 определил количество охотников в стране в 1924 г, хотя другие авторы, по его сообщению, указывали цифры от 800 тыс. до 10 000 тыс. Из 2 000 тыс. человек промысловых охотников насчитывалось 250 тыс, полупромысловых — из крестьян — 1 250 тыс. и любителей — из городских и частично сельских жителей — 500 тыс. человек.

Всекоохотсоюз обеспечивал охотников оружием и боеприпасами, изучал охотничьи угодья страны и занимался заготовками пушнины. (В 1933 г. Союз был ликвидирован, поскольку функции по организации охотпромысла и заготовки мехов были полностью возложены на Союзпушнину).

В последующие годы число членов охотничьей кооперации значительно возросло. Так, на 1 октября 1926 г. было кооперировано 370 тыс. охотников, а на 1 января 1927 г. — 420 тыс. человек, в том числе по социальному составу: крестьян — 58,9%, служащих—16,2%, рабочих—14,6%, прочих — 7,8% и кочевников — 2,5%.

В отдельных районах СССР в 1920 г. насчитывалось следующее количество охотников: в Архангельской губернии — 20 000, в Вятской — 27 500, в том числе 3 500 промышленников, в Пермской— 14 820, в том числе 1 298 промышленников, в Псковской— 11 486, в Тверской— 15 000, в Ярославской— 10 000, в Костромской — 7 000, в Нижегородской— 16 650, в Казанской— 13 000, в Камчатской области — 8 000, в Крыму (в 1923 г.) —7 500 человек.

В начале 30-х годов количество промысловых охотников достигало 475 тыс. человек. К 1933 г. число кооперированных охотников, включая спортсменов, составило 2 440 тыс. человек. Затем численность их, в связи с уходом многих из них на промышленные предприятия и стройки, в государственные и кооперативные рыбные хозяйства и на лесозаготовки, стала из года в год сокращаться. Так, если в 1934 г. в СССР насчитывалось 459 тыс. охотников-промысловиков, то в 1935 г. число их сократилось до 406 тыс. человек, а в 1936 г. — до 314 тыс. человек. В 1937 г. численность промысловиков возросла до 347 тыс. человек, в 1938 г. их было 338 тыс. человек. Таким образом, в среднем за 5 лет (1934—1938 гг.) пушным промыслом в СССР занималось 373 тыс. охотников. В 1933 г. было организовано Всесоюзное военно-охотничье общество, насчитывавшее в 1937 г. в своих рядах свыше 40 тыс. охотников; общество имело 52 охотничьих хозяйства с площадью в 3 млн. га.

Руководство делами охоты в 1928 г. перешло от Наркомзема к ВСНХ СССР (к Главлеспрому), затем некоторое время охотой занимался Наркомснаб. В связи с тем, что в начале 30-х годов все пушно-меховое хозяйство страны было передано в ведение Наркомвнешторга (Союзпушнина), постановлением СТО от 31 октября 1931 г. этому же наркомату было поручено регулирование, надзор и руководство охотничьим хозяйством СССР. В этот период для индустриализации страны требовался ввоз большого количества машин, производящих машины; для покупки оборудования тяжелой промышленности необходима была иностранная валюта, которая выручалась, наряду с другими экспортными товарами, за пушнину, вывозимую в те годы в основном за границу. В районах Крайнего Севера к руководству охотой привлекался также Комитет Севера при ВЦИК РСФСР, а впоследствии — Главсевморпуть. В 1933 г. охотой вновь стал руководить Наркомзем СССР, где было создано Главное Управление охоты и звероводства, ликвидированное .в 1939 г, когда (5 декабря 1939 г.) постановлением СНК СССР и ЦК ВКП(б) надзор за правильным ведением охотпромысла был возложен на Совнаркомы союзных республик.

10 февраля 1930 г. ВЦИК РСФСР утвердил новый закон об охоте — «Положение об охотничьем хозяйстве РСФСР», который, с некоторыми изменениями, действует и в настоящее время. -Согласно закону, охотничье хозяйство должно быть поставлено таким образом, чтобы государственный охотничий фонд — все дикие звери и птицы, находящиеся на территории РСФСР,— правильно эксплуатировался, одновременно увеличиваясь и улучшаясь. В целях воспроизводства пушных зверей из состава охотничьих угодий должны выделяться особые угодья, заповедники и заказники.

Особые охотничьи угодья передаются для эксплуатации государственным, кооперативным и общественным организациям. Производство охоты в заповедниках прекращается навсегда,— в заказниках на срок до 10 лет.

Для финансирования охотничьего хозяйства страны заготовительные организации обязаны производить процентные отчисления в фонд рационализации и развития охотничьего хозяйства.

Право на охоту предоставляется всем лицам, достигшим 14-летнего возраста, обязанным иметь свидетельства. Население северных охотничье-промысловых районов производит охоту без свидетельств; возрастное ограничение к нему также не применяется.

Установление размера охотничьего сбора, правила его взимания и порядок выдачи охотничьих билетов было возложено на Совнарком РСФСР.

Правила производства охоты, ее сроки и способы, список зверей, промысел которых запрещается, должны определяться республиканскими, краевыми и областными исполнительными комитетами.

За нарушение правил охоты, а также за покупку, продажу, перевозку и хранение продукции незаконной охоты виновные должны привлекаться к уголовной ответственности.

В других союзных республиках также были изданы законы об охоте, схожие в основном с «Положением об охотничьем хозяйстве РСФСР».

В связи с запретом добычи пушных зверей в весенние и летние месяцы качество и ценность добываемой пушнины в первые же годы Советской власти значительно повысились. Так, по подсчетам Д. К- Соловьева охотники СССР добыли в 1924 г. по мировым ценам пушных зверей на 99 716 тыс. руб, копытных животных — на 8 195 тыс. руб, птиц — на 33 125 тыс. руб, а всего на сумму 141 036 тыс. руб.

Около 15% всей добываемой в СССР пушнины оставалось на месте для личного потребления. По приблизительным подсчетам Б. М. Житкова, в 20-х годах XX в. в СССР добывалось пушных зверей:

Согласно подсчетам Б. М. Житкова, в Сибири добывалось 35% всей пушнины (в суммовом выражении), на Дальнем Востоке— 12%, на Урале—10%, в Казахстане — 8%.

Для сравнения данных Б. М. Житкова о добыче пушных зверей с фактическими заготовками пушнины в те годы ниже приводятся данные о заготовках.

Состояние охотничьего хозяйства при Советской власти по сравнению с дореволюционным периодом коренным образом изменилось и значительно улучшилось. Во-первых, на рынок стала поступать более высококачественная пушнина, в связи с чем ценность ее увеличилась. Это было обусловлено прежде всего тем, что прекратилась охота в летнее время и поэтому охотники перестали сдавать заготовительным организациям малоценные шкурки летнего боя, в то время как ранее, при царизме, они сдавали десятками тысяч шкурки песца-норника, копанца, крестоватика и синяка, шкурки белки-петровки (белки, забитой летом) и шкурки других зверей, добытых весной, летом и осенью. Во-вторых, в результате прекращения охоты хищническим способом увеличилось поголовье многих видов пушных зверей и соответственно возросла их добыча (белки, бурундука, горностая, лисицы, песца). Для ускорения роста поголовья некоторых видов зверей были приняты дополнительные меры, например многолетний запрет охоты на соболей и реакклиматизация их, в результате чего поголовье и добыча этих зверей в последующие годы значительно возросли. Кроме того, в течение десяти лет перед Великой Отечественной войной в СССР была проделана огромная работа по акклиматизации новых видов животных.

Охота в СССР значительно расширилась за счет добычи так называемых второстепенных видов пушнины, которые в дореволюционный период не добывались или добывались в небольшом количестве. Такие зверьки, как суслики, крысы и хомяки, наносят большой вред сельскому хозяйству страны, поэтому охота за ними вдвойне полезна; из их шкурок изготовляются недорогие, но красивые меха как для внутреннего рынка, так и для экспорта, а с другой стороны — истребляется большое количество вредителей сельскохозяйственных растений.

Кроме этих видов, в 1931—1932 гг. начали добывать таких зверьков, как сони-полчек, медведки, слепыши, пищухи, крысы амбарные, белки-летяги и другие виды. В 1931 г. было экспортировано пушнины второстепенных видов, преимущественно в переработанном состоянии, на сумму почти 5 млн. руб. В последующие годы охотничий промысел второстепенных зверьков еще более усилился, что подтверждается увеличившимся удельным весом их в пушных заготовках СССР.

В 1935 г. шкурки второстепенных видов — бурундука, крота, крысы водяной, суслика, хомяка и т. д. — составляли уже 31% общей суммы заготовок.

Развитию промысла и заготовок шкурок второстепенных видов пушнины в значительной степени способствовала созданная при Советской власти меховая промышленность, которая выделывала и красила эту пушнину в большом количестве, изготовляя из нее одежду для внутреннего рынка и пластины для экспорта.

Большая работа была проведена охотничьими и заготовительными организациями по воспроизводству пушных зверей посредством организации заповедников и заказников, на территории которых охотничий промысел запрещался.

Для заповедников отводится на неограниченный срок по государственным актам территория, имеющая особое экономическое, научное и культурное значение. В заповедниках проводится1 систематическая научно-исследовательская работа по изучению природы заповедников, учету природных ресурсов и т. д. Пушных зверей, размножившихся в заповедниках, расселяют в районы, где их нет или где они были уничтожены еще в дореволюционный период (например, соболи, бобры речные и т. д.). Охота в самих заповедниках и в охранных зонах, опоясывающих территорию заповедников 200-метровой полосой, запрещена.

Территории под заказники — лесные или водные угодья — выделяются по решениям исполкомов краевых или областных Советов депутатов трудящихся на срок от 2 до 5 лет (изредка до 10 лет). Перед заказниками ставится только хозяйственная задача— охрана и увеличение численности охотничье-промысловых зверей, птиц и рыб. На время существования заказников охота в них запрещена полностью или частично только на определенные виды животных. В остальном — хозяйственное использование территории разрешается.

К концу 1925 г. в Сибири насчитывалось всего 20 заказников, в том числе: в Тарском округе 12, в Омском 4, в Бийском 1, в Новосибирском 1, в Томском 1 и в Иркутском 1. Кроме того, на территории Барнаульского и Бийского округов работало Верхне-Обское охотничье хозяйство, созданное еще в 1924 г. и состоявшее из 4 заказников, причем в центральной части хозяйства нельзя было охотиться в течение 20 лет, а остальные заказники открывались для охоты по одному (поочередно) на год. В 1926 г. были организованы заказники: в Канском округе 9, в Минусинском 5, в Кузнецком 4, в Красноярском 2, в Рубцовском 2, в Барнаульском 2, в Каменском 15, а также несколько заказников в старых округах; всего в Сибири в 1926 г. имелось 67 заказников и 6 охотничьих хозяйств.

В 1927 г. в СССР насчитывалось уже 900 заказников с площадью 7 млн. га, а в 1930 г.— 1 500 заказников и 13 заповедников с общей площадью в 15 млн. га. Постановлением ВЦИК от 1 апреля 1934 г. руководство заповедниками было возложено на Комитет по заповедникам при Президиуме ВЦИК. Перед заповедниками в области работы с пушными зверями ставились следующие задачи: пополнение фауны прилегающих районов, поставка племенного материала охотничьим хозяйствам и зверосовхозам, акклиматизация новых видов зверей, реакклиматиза-ция исчезающих на данной территории животных и увеличение поголовья пушных зверей, находящихся на территории заповедников.

В сентябре 1933 г. был организован Комитет по заповедникам при Президиуме ВЦИК. В 1938 г. он был реорганизован в Главное управление по заповедникам при Совнаркоме РСФСР (с 1946 г. при Совете Министров РСФСР). В 1939 г. управления по заповедникам были созданы и в других союзных республиках.

В Кондо-Сосьвинском заповеднике, например, в 1930 г. насчитывалось около 500 речных бобров, около 1 000 соболей, 300 росомах, 2 000 лосей, 5 000 оленей, большое количество белок, лисиц, зайцев, рысей, медведей и других зверей.

В 1940 г. в СССР насчитывалось уже 37 заповедников с общей площадью в 7 138 тыс. кв. км. В ряде заповедников научной работой занимались биологические станции; при Баргузинском и Воронежском заповедниках такие станции работали еще с 1926 г. Кроме того, изучением жизни пушных зверей занимались научные охотничье-промысловые биологические станции. Так, например, в 1931 г. Наркомвнешторгу (Союзпушнине) были переданы Центральная научная охотничье-промысловая биологическая станция и периферийные: Архангельская, Ленинградская, Новосибирская, Свердловская и Хабаровская станции. Немалую научную работу по развитию пушной фауны страны проводил также Научно-исследовательский институт пушно-мехового промыслового хозяйства с сетью зональных станций.

Перед всеми научными и хозяйственными пушными организациями ставились следующие важные задачи: правильная эксплуатация охотничьих угодий; увеличение поголовья пушных зверей; улучшение качества добываемой пушнины; усовершенствование орудий промысла; борьба с хищниками; увеличение товарной пушной продукции для экспорта и для внутреннего рынка.

Большую роль в выполнении этих задач играли охотничьи хозяйства, которые в условиях социалистического планового хозяйства способствовали быстрому проведению необходимых биотехнических мероприятий.

Охотничьи хозяйства СССР делились на три категории: государственные промысловые, колхозные и спортивные охотничьи хозяйства. В 30-х годах текущего столетия важную роль сыграли государственные производственно-охотничьи станции (ПОС), которые стали организовываться в связи с постановлением Совета Труда и Обороны СССР от 31 октября 1931 г. ПОС должны были повысить товарный выход пушнины за счет улучшения эксплуатации охотничьих угодий, помочь колхозным хозяйствам в реконструкции охотничьего промысла, внедрить новейшую технику в способы добывания пушных зверей и продуктивно использовать малоосвоенные окружающие ПОС территории.

Производственно-охотничьи станции создавались Союзпушниной как государственные предприятия последовательно социалистического типа и как ведущие звенья в охотничье-промысловом хозяйстве. ПОС были оснащены улучшенной техникой, необходимой для пушного промысла, и имели штат охотников-промысловиков, через которых они должны были работать с колхозными и индивидуальными охотниками. Наряду с пушным промыслом ПОС в районах Крайнего Севера занимались и другой хозяйственной деятельностью — сельским хозяйством, рыболовством, пушным звероводством, сбором орехов, ягод и грибов, охотой на пернатую дичь и т. д. Впоследствии организованные промыслово-охотничьи хозяйства (ПОХ) в других районах СССР (не на Крайнем Севере) занимались только охотничьим промыслом.

Производственно-охотничьи станции в первую очередь создавались в районах Крайнего Севера, где имелись обширные слабоосвоенные территории, населенные большим количеством ценных пушных зверей. В северных районах Сибири на одного охотника приходилось квадратных километров: в Туруханском— 266, в Бодайбинском — 209, в Киренском — 50, в Каза-чинском — 43, в Енисейском — 42, в Богучанском — 30, в Нижне Илимском — 20 и в Кежемском—18. В то же время в магистральных сибирских районах на долю одного охотника доставалось угодий в квадратных километрах: в Красноярском — 3,6; в Алексеевско-Заводском — 2,8; в Акшинском — 2,7; в Нерчинском— 2,5; в Усальском — 2,4; в Сретенском — 2,3; в Уярском — 1,3 и в Абанском — 1,3.

Заготовки пушнины в ПОС Северного края и Свердловской области в 1932—1934 гг.

В 1932—1933 гг. Союзпушнина организовала свыше 40 производственно-охотничьих станций, в том числе: в Восточной Сибири 10, на севере Уральской области 5, в Якутии 6, на Дальнем Востоке, включая Камчатку, 6, в Западной Сибири 5, на севере Европейской части СССР 5, в Казахстане 2, в Карелии 1 и в Ленинградской области 1. К началу 1936 г. в СССР работало 48 производственно-охотничьих станций, эксплуатировавших территорию в 684 тыс. кв.км, или 3% площади всей страны. В первые же годы своей работы большинство ПОС достигло положительных результатов, значительно повысив товарную продукцию охотничьих угодий. Так, в 1934 г. удельный вес поставок пушнины из ПОС Северного края составил 17% общих заготовок мехов по краю.

Производственно-охотничьи станции, находившиеся в северных районах (севернее 62° с. ш.) и подведомственные до того Главсевморпути, перешли в 1939 г. в систему Центросоюза, а промыслово-охотничьи хозяйства (ПОХ) несколько ранее были переданы частично в Министерство заготовок и частично в Центросоюз.

Советские охотничьи хозяйства провели важную работу по освоению неиспользуемых охотничьих угодий главным образом в РСФСР. В 1930 г. освоенные охотничьи угодья насчитывали по союзным республикам следующую площадь:

Охотничьи угодья союзных республик и их удельный вес в заготовках пушнины в 1929-30 г.

В последующие годы площадь освоенных охотничьих угодий постепенно возрастала, главным образом за счет районов Крайнего Севера, к которым, согласно постановлению Совнаркома СССР от 17 августа 1933 г, были отнесены: северные районы Архангельской, Омской, Новосибирской, Иркутской, Читинской областей, Хабаровского, Приморского краев, Коми и Бурятской АССР и целиком Мурманская область и Якутская АССР.

По данным 1938 г., площадь районов Крайнего Севера составляла 10,2 млн. кв. км, или 48% всей территории СССР, с плотностью населения 0,14 человека на 1 кв. км при средней плотности Советского Союза 8,5 человека.

Охотничий промысел в этих районах был одним из главных занятий и средств существования для многих жителей Крайнего Севера. Основными видами пушного промысла являлись: в зоне тайги — белки, а в зоне тундры — белые песцы. Остальные звери занимали в добываемой продукции небольшое место.

Удельный вес отдельных видов пушнины в промысле на Крайнем Севере в 1937—1938 гг.

Незначительный удельный вес в общей добыче пушных зверей, таких видов, как горностай, лисица, колонок и др., указывает на недопромысел этих зверей, что происходило вследствие малого количества охотников. В самом деле, в районах Крайнего Севера в среднем на одного охотника приходилось 261 кв. км охотничьих угодий, в то время как по всему СССР— 12 кв. км. По отдельным районам площадь угодий на одного охотника увеличивалась до 308—390 кв. км.

Как видно из таблицы, даже в 1937—1938 гг. в районах Крайнего Севера оставались большие территории неосвоенных охотничьих угодий, хотя там было создано несколько десятков производственно-охотничьих станций. Поэтому полное использование и правильная эксплуатация охотничьих угодий в районах Крайнего Севера продолжали оставаться для Главсевморпути и Центросоюза основной задачей в развитии пушного промысла и увеличения заготовок меха.

Районы Севера, занимая 48% всей площади СССР, поставляли пушнины в те годы всего около 15% суммы общесоюзных заготовок мехов. При хорошей подготовке к охотничьему промыслу, при правильном использовании лучших способов и орудий охоты, при внимательной и плановой эксплуатации охотничьих угодий высококвалифицированные охотники добывали в 1937 — 1938 гг. пушнины на сумму до 20—30 тыс. руб. в год на каждого, при средней добыче охотников районов Крайнего Севера на 1 300 руб. и всех охотников СССР, включая любителей, на 250 руб. Такими ловкими охотниками в 30-х годах в Енисейской тайге были мужчины из семьи Криушовых, переселившиеся в тайгу из более южных кузнецких лесов, где пушные звери попадались более редко. Глава охотничьей семьи Архип Криушов, исследовав значительную площадь Енисейской тайги, решил поселиться в самом центре ее, у слияния реки Лебяжьей с Подсменной Тунгуской. С первым снегом Криушов со своими семью сыновьями уходил на 2 месяца в глубь тайги, захватив с собой продовольствие, дробь, порох и пистоны, которые тащили на санках собаки-лайки. Избушек Криушовы не строили, предпочитая жить в палатках. Все Криушовы были искусными охотниками. Архипу Криушову в 1936 г. исполнилось 90 лет. Начав охотиться на пушных зверей в возрасте 10 лет, он за 80 лет добыл ружьем и капканами 60 048 белок, 1 087 горностаев, 1021 колонка, 103 выдры, 54 лисицы красные, 51 норку, 43 медведя, 25 рысей, 20 соболей, 7 диких оленей, 5 росомах и 1 черно-бурую лисицу.

Лучшим соболятником енисейской тайги прослыл Василий Маркович Тулин, переселившийся на Север с Саянского хребта. Каждую зиму уходил он в тайгу с собакой на 30—40 дней. Изучив все повадки соболей, он знал, что соболи оставляют на снежном насте своими коготками царапины. По этим царапинам Тулин находил убежище соболя, у которого устанавливал капкан.

В тундре Таймыра был известен как хороший зверолов охотник колхоза «Новая жизнь» ненец Тогэ Мусс. Готовясь к зимнему промыслу, он заранее определял путь, по которому должны пойти песцы с севера на юг тундры. По указанию Тогэ Мусса охотники колхоза ставили ловушки на будущих путях песцов и никогда не ошибались.

И все же в Эвенкийском национальном округе охотников не хватало. Большие территории охотничьих угодий оставались неосвоенными. Вот что отмечал писатель Эль-Регистан, побывавший до войны в енисейской тайге и в тундре Таймырского полуострова: «Но многие леса Эвенкийского округа и до сегодняшнего дня не исследованы. В них масса всякого зверя — и белки, и горностая, и лисы, и соболя» .

Благодаря социалистическому планированию охотничьего хозяйства, рациональному промыслу, широкому размаху акклиматизации и реакклиматизации с каждым годом увеличивалась площадь охотничьих угодий в стране, увеличивалась добыча зверей и росли заготовки пушнины.

На севере Европейской территории СССР во многих районах охотничье-пушной промысел в 20—30-х годах текущего столетия занимал большое место в хозяйственной деятельности населения. В 192526 г. в северных районах СССР было заготовлено следующее количество шкурок различных видов пушных зверей (в шт.): беличьих —744 355, горностаевых — 49 100, заячьих — 390 161, куньих — 6 592, лисьих — 5 100, норковых — 12 748, песцовых— 5 580, соболиных—60, хоревых — 5 866, прочих — 300 217.

Как видно из цифр заготовок, зима 192526 г. была не особенно удачной для охотников Севера, в особенности по белке и горностаю. Через 10 лет, в 1935 г., только в Коми АССР было добыто 2 600 тыс. белки, 57 тыс. горностая, 116 тыс. зайца и т. д.

В Архангельской области сокращение добычи белок в 192526 г. проявилось особенно резко, поскольку белки перекочевали в Сибирь из-за неурожая корма в области.

Добыча пушных зверей в Архангельской области в 1914—1926 гг.

Важную роль пушной промысел играл в районах Крайнего Севера на территории Архангельской области, где в 1925 г. пушным промыслом как основной хозяйственной деятельностью занималось 4 415 дворов. У остальных охотников он являлся подсобным. В Ненецком округе охота на пушных зверей принесла 30% дохода для всего населения, а для отдельных охотников — от 80 до 100%. Поскольку округ расположен почти целиком в тундровой зоне, основными пушными зверями там являются песцы, горностаи и зайцы-беляки. В 1938 г. в округе насчитывалось 522 охотника, две трети из которых выходили на промысел бригадами. На каждого охотника в среднем приходилось 213 кв. км охотничьих угодий. В связи с тем, что охотничьи угодья северовосточной части округа не осваивались, в середине 30-х годов XX в. там были созданы две производственно-охотничьи станции— Усть Карская и Синькин Нос.

На островах Баренцова моря в 1938 г. промыслом занимались 198 охотников, причем главное внимание они уделяли морскому зверобойному промыслу и рыболовству. Основным объектом охоты на островах были песцы; на Новой Земле в небольшом количестве добывались белые медведи, а на острове Колгуеве — лисицы. На каждого охотника в среднем на островах приходилось 560 кв. км охотничьих угодий. На острове Франца-Иосифа охота не велась.

В Лешуконском, Мезенском, Онежском и Приморском районах, где охотились главным образом на белку, промысловых охотников насчитывалось в 1938 г. 658 человек. На каждого из них приходилось по 151 кв. км охотничьих угодий. Пушной промысел почти для каждого из них являлся лишь подсобным занятием (основными были земледелие, рыболовство и лесозаготовки)

Охота на пушных зверей в Мурманской области не являлась основной отраслью хозяйства жителей, учитывая крупную роль рыболовства, морского зверобойного промысла, оленеводства.

В 1922 г. в Мурманской области насчитывался 141 охотник (в 1938 г. —617 охотников), которые добывали белок, песцов, лисиц, выдр, росомах и т. д. Охотились на зверей с ружьями и капканами с ноября по март; в отдельных селениях, например Озерки, охотник добывал в среднем за зиму 25 лисиц и некоторое количество других зверей, на острове Кильдин добывали белых и голубых песцов.

В Коми АССР решающее значение в пушном промысле имели белки, песцы, горностаи и зайцы-беляки. Но и здесь из-за недостатка корма в лесах поголовье белок в 20-х годах XX в. снижалось, резко увеличившись только в 30-х годах. При среднегодовой добыче в 1 млн. белок было заготовлено беличьих шкурок: в 192324 г. — 1 549 150 шт, в 192425 г. — 957 767 шт, в 192526 г.— 461 771 шт, в 192627 г. —275 000 шт. Однако в 30-х годах в лесах Коми АССР вновь стало много белок, и добыча их иногда доходила до 2,6 млн. шт. в год. Кроме белок, в республике добывалось в среднем 5 000 песцов в год (в 192223 г. — 6 678 шт, в 192324 г. —2 052 шт, в 192425 г. —999 шт, в 192526 г.— 3 348 шт, в 192627 г. — свыше 7 000 шт.), 30 000 — 35 000 горностаев (в 1935 г. — 57 000 шт.), около 2 000 шт. красных лисиц, 3 000 норок, 500 выдр, 200 000 зайцев и небольшое количество куниц, росомах и водяных крыс. В 1925 г. промысловой охотой в области занимались около 15 000 человек, в том числе в Ижлю-Печорском уезде 3 000 человек, в Сысольском 1 500, в Устъвым-ском 4000 и Устькуломском 4 500 человек.

Более всего пушной промысел был развит в районах Крайнего Севера, к которым в Коми АССР были отнесены: Печорский округ, Удорский и Троице-Печорский районы. В Печорском округе, расположенном в лесотундровой зоне, в 1938 г. насчитывался 881 охотник, причем на долю каждого в среднем выходило по 203 кв. км охотничьих угодий. Пушной промысел занимал важное место в доходах населения, но уступал скотоводству и оленевод- ству; доход одного охотника в среднем от охоты, помимо промысла дичи, составлял 1 700 руб. в год. Оснащенность орудиями промысла была в 1938 г. довольно высокая: в среднем у каждого охотника имелось — 1,2 ружья, 1 собака, 33,5 капкана, 64,5 пасти и кулемы, 3,2 плашки и 35,2 петли. В 1938 г. в округе начали добывать ондатр, которых впервые выпустили в 1932 г. в Усть-Цилемском районе.

В Удорском районе добывались главным образом белки. В 1938 г. в районе числилось 257 охотников, а угодий на каждого приходилось по 137 кв. км. Доход от пушного промысла был невелик— 700 руб. на одного охотника в год, поскольку основными занятиями населения являлись сельское хозяйство и лесозаготовки.

В лесах Троицко-Печорского района, расположенного на западных склонах Уральского хребта, промышлялись белки, горностаи, зайцы, лисицы и в небольших количествах куницы, норки и выдры. В районе водились и соболи, но начиная с 1936 г. охота на них была запрещена. На каждого из 310 охотников в районе приходилось по 230 кв. км охотничьих угодий; во время промысла около 50% охотников объединялись в бригады. В 1937— 1938 гг. на каждого охотника приходилось 1,3 ружья, 1 собака, 19 капканов и 85 кулем. В районе успешно акклиматизировались ондатры, выпущенные в 1933 г. и ставшие в 1938 г. объектом охоты. На территории района был образован крупный Печоро-Илычский заповедник с площадью 1 млн. га, в котором размножались речные бобры и другие пушные звери.

Пушной промысел в 20—30-х годах текущего столетия приносил значительные доходы также населению районов, расположенных на Урале и в бассейне рек Ветлуги и Вятки. Так, например, заготовки шкурок различных видов пушных зверей за 192526 г. составили:

Заготовки пушнины на Урале и в Вятско-Ветлужском районе в 192526 г.

Примечание. В 192526 г. в Уральскую область входили районы, расположенные на восточной стороне Уральского хребта, как, например. Тобольский, Тюменский и др.

На примере двух районов Уральской области — северного Александровского района и южного Златоустовского округа — можно ознакомиться с экономикой пушного промысла в области в начале 30-х годов.

Александровский район расположен на реках Вах и Оби; в 1931 г. площадь района составляла 136 250 кв. км, количество хозяйств — 2 060, жителей — 9 060. Доход от охотничьего промысла равнялся 40% общего бюджета каждого хозяйства в среднем, хотя были хозяйства, где этот доход возрастал до 80%. Охотой на пушных зверей в районе реки Оби занимались члены 82% хозяйств местных национальностей и 56% русских, в районе реки Вах — 96% всех хозяйств. Кроме пушного промысла, в районе было развито рыболовство, оленеводство, сбор орехов и ягод. В 1928—1930 гг. средняя ежегодная добыча пушных зверей составила (в шт.): 164 425 белок, 6 006 горностаев, 4 122 колонка, 19 268 крыс водяных, 224 лисицы красные, 35 медведей и 273 песца.

Златоустовский округ занимал территорию в 17 600 кв. км, причем лес покрывал около 70% всей площади округа. В 1930 г. в округе насчитывалось 68 200 охотников, включая любителей (10,3% общего количества хозяйств округа), в том числе примерно 80% рабочих и служащих. Среднегодовой доход от охоты выражался в сумме 250 тыс. руб. (пушнина 65 тыс. руб. и дичь 185 тыс. руб.). Заготовки пушнины в округе по отдельным годам составили (в руб.): в 192526 г. —30 923, в 192627 г. — 19 742, в 192728 г. —80 690, в 192829 г. —82 183, в 192930 г. — 55 716, в 193031 г.— 60 000.

В округе в 1931 г. насчитывалось 10 заказников сроком на 3 года, а также Ильменский заповедник площадью в 16 тыс. га. На ведение и организацию охотничьего хозяйства округа злато-устовские охотники отчисляли определенный процент с добычи и, кроме того, вносили ежегодно по 3 руб. с каждого городского охотника и по 1 руб. с сельского.

Наибольшее количество пушной товарной продукции поставляли районы Сибири. Так, например, заготовки шкурок отдельных пушных зверей в 192526 г. в Сибири (включая Якутию и Бурятию) составили (в шт.): беличьих — 5 102 515, горностаевых— 328 637, заячьих — 583 641, колонковых— 167 449, куньих— 46, лисьих — 21 376, норковых—19, песцовых — 39 884, соболиных — 6 528, сусликовых — 220 148, сурковых и тарба-ганьих— 170 401, хорьковых — 63 314, прочих— 1 509 751.

В Омской области охотничье-пушной промысел был развит более всего на Севере. Так, в Ямало-Ненецком национальном округе в 192526 г. было добыто пушнины на 545,3 тыс. руб, а в 1935 г. — на 2 700 тыс. руб, причем главными объектами охоты были песцы, белки и горностаи. По размеру доходов пушной промысел находился в округе на втором месте среди отраслей местного хозяйства (после оленеводства); в 1935 г. в Пуровском районе охота приносила населению 29% общих доходов, в других районах — от 14 до 19%.

В 1937—1938 гг. в Ямало-Ненецком округе насчитывалось 3 430 охотников и на каждого из них в среднем приходилось по 153 кв. км охотничьих угодий. Из 466 тыс. кв. км площади округа свыше 98% относилось к тундре, поэтому основным промысловым зверем был песец.

В 30-х годах текущего столетия в округе в среднем добывалось до 35 ООО белых песцов. В «урожайные» годы песцовые шкурки составляли 75% общих заготовок пушнины в округе. Удельный вес шкурок горностаев доходил до 15—20%, а белок, лисиц красных, зайцев-беляков, крыс водяных, волков, выдр и белых медведей — до 10—15%. Свои норы песцы выкапывали в песчаных холмиках или в берегах рек и озер. По подсчетам А. Н. Дубровского 1, общее количество песцовых нор в округе в 1934—1938 гг. составляло 19—20 тыс. В большинстве нор находилось по 10—12 щенят, а в отдельных даже по 16 штук. Песцовые семьи занимали 60—65% нор. В 1936 г. песцов в округе было мало, и их потомство было обнаружено только в 15% нор. В связи с этим в последующие годы добыча песцов несколько сократилась. Так, в Салехарде было заготовлено шкурок белого песца (в тыс. шт.): в 1937 г.— 22,3; в 1938 г. — 20,7; в 1939 г.— 17,2; в 1940 г. — 19,0; в 1941 г. —22,5.

Добыча песцов в округе производилась главным образом капканами и частично ружьями, но применялись и другие способы промысла — пасти, петли и травля собаками. Пастями добывалось до 30% песцов, причем у части песцов, попавших в пасти, шкурки были испорченными или оттого, что убитые звери примерзали к пасти, или от разрыва их другими хищниками (росомахами, медведями и т. д.). Так, из 95 песцов, добытых в бассейне реки Юрибея, пастями было отловлено 22 шт, среди которых было 9 песцов с дефектными шкурками. В 1935 г. в округе из 1 614 учтенных хозяйств 344 имели 10 038 пастей, или по 29,3 пасти на одно хозяйство. В пасти песцы попадали сравнительно часто. Так, в зиму 1935 г. на острове Белом в 82 пасти попали 125 песцов, в зиму 193738 г. в 98 пастей— 148 песцов. Пасти ставились иногда еще с лета, и поэтому многие шкурки были недозрелые. Из-за промысла песцов пастями ежегодно оказывалось негодных до 1 000 шкурок. Травля собаками также наносила большой вред песцовым шкуркам, так как собаки, как правило, рвали зверей. Так, например, бригада П. Жернова в 3 человека добыла в IV квартале 1937 г. 120 песцов, в том числе 80 шт. капканами и 40 шт. собаками; все 40 шкурок были отнесены к дефектным. Шкурки песцов, отловленных петлями, также часто бывали попорченными, так как звери, если не оказывались моментально задушенными, пытались вырваться и вытирали мех. Шкурки песцов, добытых капканами, тоже иногда имели дефекты. В 1937 г. 1 359 учтенных охотников имели 26 939 капканов,

или по 19,1 капкана на каждого, но у некоторых охотников капканов было больше. Так, в сезон 193738 г. охотник Яптик Небе установил 40 капканов, которыми отловил 28 песцов, председатель колхоза «Едай-Ил» Окатэта Николай — 35 капканов (добыл 21 песца), Серотэта Хасейют — 30 капканов (отловил 20 песцов). Таким образом, обеспеченность капканами в Ямало-Ненецком округе в 1937 г. была достаточная, в то время как в 192627 г. на Тобольском Севере одно хозяйство в среднем имело капканов: по Обдорскому району — 3,6; Кондинскому — 2,6;

Охотник колхоза им. Куйбышева Интинского района Д. Р. Вакуез вынимает из капкана песца Самаровскому — 2,2; Березовскому—1,5 и Сургутскому—1,2. Уже в 1934 г. заготовители снабжали всех охотников капканами.

С ружьем на песцов охотились только лучшие стрелки, как, например, Николай Лонд, застреливший в районе фактории Сан-гомпан в IV квартале 1937 г. 45 песцов. Охотник Н. Паромов в этот же период из 37 добытых песцов застрелил только одного, а добыл капканами 35 и 1 в петлю; А. Паромов из 34 песцов 18 шт. добыл капканами, 8 шт. петлями и 8 шт. ружьем; И. Ва-куев из 28 песцов 12 шт. добыл капканами, 7 шт. петлями и 9 шт. затравил собаками.

В округе добыча песцов производилась также путем загона на оленьих нартах. Загонные охоты могли быть успешными только при условии нахождения на угодье большого количества песцов. Когда зверей бывало мало, то несколько дней не удавалось загнать ни одного песца. Наибольшее количество песцов было добыто загонным способом в 1933 г. в бассейне реки Сыр-Яга.

На волков в Ямало-Ненецком округе охота была развита слабо, хотя эти хищники губили много домашних оленей; так, например, в зиму 193435 г. в Тазовском районе волки загрызли 850 оленей. Волков ежегодно забивали в округе от 50 до 100 шт., медведей бурых — от 30 до 40 шт. и медведей белых — от 15 до 20 шт. На бурундуков и водяных крыс ненцы охотились еще в первой половине XIX в., но потом охота прекратилась. В 1850 г. на Ирбитской ярмарке было продано 50 000 бурундуковых шкурок, добытых в Березовском районе. На крыс водяных охота в округе была восстановлена в 1929 г., а на бурундуков — в 1934 г. Охота на соболей и выдр в округе была запрещена в 1935 г. сроком на 5 лет.

На одного промысловика в среднем приходилось 1 ружье, 11,1 капкана и 7,2 пасти.

В Остяко-Вогульском национальном округе, на территории в 760 тыс. кв. км, в основном покрытой лесом, в 1937—1938 гг. охотничьим промыслом занимались 2 480 человек. Охотничьи угодья использовались недостаточно, так как в среднем на одного промысловика приходилось по 306 кв. км промысловой площади. В округе было образовано 8 производственно-охотничьих станций (в 1938 г. функционировало только 6 ПОС), был создан крупный Кондо-Сосьвинский соболино-бобровый заповедник с территорией в 800 тыс. га, поставлявший особо ценных пушных зверей в угодья ПОС.

В 1936 г. заготовки пушнины в округе составили сумму в 5,7 млн. руб., шкурок белки было заготовлено в 2,3 раза, горностая— в 5,6 раза и лисицы — в 1,7 раза больше, чем до 1917 г. Охотой на пушных зверей занимались в основном манси и ханты; у первых важное значение имело также оленеводство, у вторых— рыболовство. Пушнина давала населению до 60% их общих доходов. В среднем один охотник округа зарабатывал на пушнине в год 1 400 руб.

Основным объектом охоты в округе являлась белка, поэтому главным орудием промысла было ружье. В среднем на одного охотника в 1938 г. приходилось 1 ружье, 1 собака, 12,6 капкана, 0,7 плашки, 5,4 черкана и 3,9 петли. Помимо белок, добывалось много горностаев, колонков, лисиц и зайцев. В 1937 г. начался промысел ондатр, выпущенных в некоторых водоемах округа.

В Новосибирской области основным промысловым районом являлся Нарымский округ, отнесенный к районам Крайнего Севера. Количество охотников в 1931 г. увеличилось по сравнению с 191011 г. более чем в 2 раза, достигнув 7 700 человек (в том числе 2 667 промысловиков, 3 494 полупромысловиков и 1 539 любителей). Доход от охоты составлял от 14% общих доходов населения (в Колпашевском районе) до 83% (в Ларьякском). В первом районе в охотопромысле в 1931 г. участвовало 7,9% населения, во втором — 32,5%.

Общее количество орудий пушного промысла в Нарымском округе увеличилось более чем в 2 раза по сравнению с дореволюционным временем. Из года в год увеличивалось количество капканов.

В 1930 г. патронных ружей у охотников округа было 56,2%, пистонных — 43,6 и кремневых — 0,2%. В 1913 г. в среднем один охотник расходовал пороха 1,6 кг, дроби — 8 кг и пистонов — 380 шт, а в 1931 г. соответственно — 2,5 кг, 10 кг и 500 шт. В 1938 г. в среднем каждый охотник имел 1 ружье и 1 собаку.

Нарымские охотники в 1928—1930 гг. охотились на пушных зверей с ноября по март. На белок выходили дважды: осенью с ружьем и с собакой и весной — уже без собаки. В среднем в «урожайные» годы один охотник отстреливал за сезон ПО белок, в том числе 70 шт. осенью и 40 шт. весной. По отдельным местам добыча белок значительно колебалась. Так, в бассейне реки Вах один охотник в среднем отстреливал за сезон 350 белок, в том числе 230 шт. осенью и 120 шт. весной, реки Тым — 200 шт, реки Васюган — 160 шт, реки Кет — 90 шт, реки Парабель — 60 шт, реки Обь — 40 шт. Выдр добывали капканами, самоловами и ружьем с собакой. На зайцев с ружьем охотились редко, эти животные более всего отлавливались петлями на тропах и капканами. Росомах били иногда из ружья, а также ловили в капканы и кляпцы. Барсуков добывали капканами и ружьем с собакой около нор, ласок (в ноябре-декабре) —черканами, капканами и плашками, медведей — в декабре — феврале — у берлог с ружьем и собакой, а в мае — августе — ловушками на тропах. Водяных крыс ловили капканами и черканами, а во время половодья, кроме того, забивали палками на островах. Остальные звери добывались следующими способами: Сроки и основные способы охоты на зверей в Нарымском округе в 1928—1930 гг.

В 1928—1930 гг. нарымские охотники добывали в среднем за год на 100 кв. км (в шт.): 224 белки, 7 горностаев, 10 колонков, 0,4 лисицы.

В 20-х годах в Нарымском округе 10—15% пушнины оседало и использовалось для нужд местного населения.

В 1930 г. добыча пушных зверей в Новосибирской области по сравнению с предыдущим десятилетием значительно возросла. В 1935 г. в Нарымском округе было добыто пушнины в среднем с 1 кв. км территории на 5 руб., в 1937 г. —на 20 руб.; белок в 1937 г. по Нарыму было отстреляно 1 млн. шт., горностаев — 14 тыс. шт., зайцев — 300 тыс. шт. и т. д. В 1933 г. в водоемы Нарыма и Барабинских степей были выпущены ондатры; промысел этих зверьков начался в 1939 г., когда поголовье ондатр в области достигло 50 тыс. шт. В Нарымском округе в 1938 г. функционировало 3 производственно-охотничьи станции, с помощью которых в охотничьих районах были построены продовольственные базы, красные уголки, бани и много охотничьих избушек. Большую работу ПОС, в особенности Тымская, провели по акклиматизации ондатр и норок, завезенных из Северной Америки. В 1937—1938 гг. среднегодовой доход каждого нарымского охотника выражался в сумме 2 000 руб.

В Алтайском крае охотничий промысел имел меньшее значение, чем в более северных областях, однако в Ойротской автономной области он приносил охотникам крупные доходы. В 1934— 1938 гг. общая продукция охоты Ойротии выражалась в среднем (по ценам 1934 г.) в сумме 2 млн. руб. (пушнина — 83%, дичь — 3% и панты — 14%).

Красноярский край перед Великой Отечественной войной по добыче пушнины занимал в СССР второе место после Якутии, причем главными пушными районами были Таймырский национальный округ, Туруханский район и Эвенкийский национальный округ.

В Таймырском округе, расположенном за Полярным кругом, с территорией в 833 тыс. кв. км охотничьи угодья находились в основном в тундровой зоне, поэтому главными объектами пушного промысла там были песцы, дикие олени, горностаи, зайцы-беляки и лисицы. В 1937—1938 гг. в округе насчитывалось 1 784 охотника, которые в силу своей малочисленности слабо использовали огромные площади угодий; в среднем на одного охотника приходилось 415 кв. км территории. Свыше 90% охотников было кооперировано, причем первая кооперативная артель промысловиков была создана в округе в 1926 г. известным полярным исследователем Н. А. Бегичевым. В этом году Бегичев, возглавив артель охотников, прибыл на побережье Карского моря для промысла песцов и там же, у мыса Входного, в мае 1927 г. погиб от цынги.

Для освоения пушных ресурсов округа были организованы две производственно-охотничьи станции—Усть-Енисейская и Усть-Хатангская, которые начали завозить на неосвоенные угодья охотников с юга. С целью воспроизводства поголовья песцов была организована подкормка этих зверей. Промысел песцов производился чаще всего пастями, которые, как известно, часто наносят вред шкуркам. В среднем каждый охотник округа имел 1 ружье, 8,3 капкана и 39 пастей и зарабатывал на пушном промысле свыше 2 ООО руб. в год. Общие ежегодные заготовки мехов в Таймырском округе выражались в сумме от 2 млн. до 3 млн. руб.

В Дудинке было заготовлено песцовых шкурок (в тыс. шт.): в 1937 г. —18,2; в 1938 г.—25,6; в 1939 г.— 17,0; в 1940 г.— 14,0 и в 1941 г. —24,8.

В Туруханском районе, расположенном по среднему течению реки Енисея, на ее обоих берегах, в таежных угодьях охотники добывали белок, горностаев, колонков, лисиц, зайцев. Помимо охоты, население района занималось также рыболовством и животноводством, но более половины доходов местного сельского населения поступало от пушного промысла. В 1937—1938 гг. в районе насчитывалось 1 346 охотников, годовой доход каждого из которых от пушнины в среднем составлял 2 150 руб.

Туруханские охотники в 1926 г. имели следующие орудия промысла на 1 832 семьи: ружей дробовых— 1 952 шт., пульных — 201 шт., кремневых — 434 шт.; капканов — 3 015 шт., черканов — 2 244 шт. и пастей — 43 093 шт. В среднем на одного охотника приходилось в 1926 г. 1,4 ружья, в 1938 г. — 1 ружье; капканов — 1,6 и 7,9 соответственно; — черканов — 1,2 и 2,5; пастей — 23,5 и 4,5; в 1938 г. каждый охотник в среднем имел также 23,5 плашки. Как видно, ружей в 1938 г. стало в районе меньше, но они были более усовершенствованные; зато капканов стало значительно больше.

В Эвенкийском национальном округе, расположенном в бассейне Нижней и Подкаменной Тунгуски, основной отраслью хозяйственной деятельности населения был пушной промысел, приносивший жителям округа свыше 2з общего дохода. В 1937 г. охотой на пушных зверей занимались 1 157 охотников, и доход каждого от продажи мехов в среднем составил 3 584 руб.

Главным объектом охоты являлась белка, а такие виды, как горностай, колонок, песец и лисица, промышлялись недостаточно в связи с малым количеством охотников и огромной территорией охотничьих угодий; в среднем на одного охотника приходилось 468 кв. км площади. В 1932 г. в округе было организовано 4 производственно-охотничьи станции, но охотничьи угодья бассейна реки Нижней Тунгуски ими не были охвачены. В некоторых водоемах в районах рек Подкаменной и Нижней Тунгуски были расселены ондатры, на территории ПОС Усть-Камо — норки.

В 1938 г. каждый охотник округа в среднем имел 1,5 ружья и 1 собаку, 8,3 капкана, 1,7 плашки и 13,5 пасти, причем плашками добывались белки, горностаи и колонки, а пастями — песцы и лисицы.

В небольшом Игарском районе пушным промыслом занимались 64 охотника; на каждого из них приходилось 230 кв. км охотничьих угодий.

По всему Красноярскому краю заготовлялось большое количество различных видов пушнины, что подтверждается отгрузками краевой базы.

Отгрузка пушнины с Красноярской пушно-меховой базы в 1936—1940 гг.

В Иркутской области главным видом пушного промысла являлась белка, удельный вес которой в товарной пушной продукции северных таежных районов составлял свыше 75%, а в Ан-гаро-Ленском районе достигал даже 90%. Ранее крупный доход промысловикам приносила охота на соболей, но с 1935 г. был установлен запрет охоты на этих ценных зверей. В 1935 г. 70% всех охотников области являлись колхозниками, но только 28% из них промышляли в колхозных бригадах и 2% в специальных охотничье-промысловых артелях. Остальные промысловики выходили на охоту в неорганизованном порядке. Спустя несколько лет положение изменилось и большинство охотников промышляло в колхозных бригадах.

К территории Крайнего Севера в Иркутской области были отнесены Бодайбинский и Катангский районы. В первом охотой на пушных зверей занималось в 1938 г. всего 17 человек, во втором — 83 человека. В связи с таким небольшим количеством промысловиков в Бодайбинском районе на каждого охотника в среднем приходилось 632 кв. км промысловых угодий, а в Ка-тангском районе— 182 кв. км.

В обоих районах главным предметом пушного промысла являлась белка, хотя охота была развита и на других зверей — горностая, лисицу и пр. Доход от пушного промысла на одного охотника составлял в Бодайбинском районе в 1937 г. 1 880 руб. Каждый охотник имел в среднем 1,3 ружья, 1,2 собаки, 3,7 капкана и 5,1 плашки. В Катангском районе население занималось в основном животноводством, поэтому средний доход одного охотника был невысокий — 682 руб. в год; в то же время ружей у охотников Катангского района было больше, чем в других районах Крайнего Севера, — на одного промысловика приходилось 1,7 ружья, 1,4 собаки, 2,6 капкана и 4,5 плашки.

В области хорошо акклиматизировались ондатры и норки.

Пушной промысел Иркутской области давал большие количества товарной продукции.

Заготовки основных видов пушнины в Иркутской области в 1932—1941 гг.

В Бурятской АССР пушной промысел имел большое значение и занимал одно из первых мест среди хозяйственных отраслей местного характера. В 1923 г. в республике было добыто пушнины на 1 млн. руб, в 1932 г.—на 1,7 млн. руб, в 1937 г. — на сумму свыше 3 млн. руб. До 1935 г. добывалось от 600 до 900 соболей в год. Крупную роль в промысле играли белка и колонок; в 1937 г. было заготовлено 542,7 тыс. шкурок белки и 12 тыс. шкурок колонка.

В Бурятской АССР были акклиматизированы уссурийские еноты и ондатры, причем в 1937 г. отлов ондатр составлял более 16 тыс. зверьков. В республике расселены были также норки и зайцы-русаки.

К Крайнему Северу в республике относились Баунтовский и Северо-Байкальский районы. В Баунтовском районе на каждого из 310 охотников (в 1938 г.) приходилось по 231 кв. км охотничьих угодий, в Северо-Байкальском, где насчитывалось 294 ¦охотника, — по 196 кв. км. В обоих районах главным объектом охоты являлась белка, но доходы охотников, в связи с их занятием другими видами хозяйственной деятельности, в 1937— 1938 гг. были невелики: в Баунтовском районе средний ежегодный доход охотника составлял 800 руб, в Северо-Байкальском — 990 руб.

В Читинской области охота на пушных зверей имела важное значение на севере области у эвенков, причем из разных отраслей занятия населения первое место принадлежало охотничьему промыслу. В более южных горнотаежных местах, в особенности в Красночикойском районе и в примагистральной полосе, охота на зверей также занимала не последнее место в хозяйственной деятельности населения. В области почти все охотничьи угодья ¦были распределены между колхозами, в большинстве которых пушной промысел производился колхозными охотничьими бригадами. Так, например, в колхозе «Ударник» Зейско-Учурского района зимой 1938 г. на охоту вышли 3 бригады, причем одна из них состояла целиком из женщин. Перед выходом на промысел охотники обсудили и утвердили план добычи пушных зверей для каждой бригады и для каждого охотника, подготовили орудия промысла, палатки и другой охотничий инвентарь. Каждой бригаде и охотнику были выделены участки для охоты и олени (по 2 ездовых и по 3 вьючных). В результате промысел бригад колхоза «Ударник» был очень успешный. Насколько важное значение имел в Забайкалье охотничий промысел, можно судить хотя бы по заготовкам 192425 г.

Заготовки основных видов пушнины в Забайкалье в 1924-25 г.

В 30-х годах добыча и заготовки пушнины в Забайкалье заметно увеличились.

Якутская АССР, территория которой составляет свыше 3 млн. кв. км, в 1929—1930 гг. заготовила пушнины более 12% общих заготовок мехов СССР. В последующие годы удельный вес республики в заготовках мехов достигал 15%, а во время Великой Отечественной войны даже 20% общих заготовок страны. В северных районах республики 81,5% всех хозяйств занималось пушным промыслом. Наиболее ценную пушнину поставляли районы, расположенные к востоку от реки Лены, в особенности Колымско-Индигирский район.

По переписи 1917 г. в Якутском, Вилюйском и Олекминском округах охотой на пушных зверей занималось 10 547 человек (в первом — 1 675 человек, во втором — 7 729 человек и в третьем— 1 143 человека), у которых имелось 15 264 ружья и 184 956 ловушек разного типа. Ежегодно охотники расходовали свыше 5 т пороха и около 19 т свинца. В числе 10 547 охотников насчитывалось: 8 705 кочевых и 959 оседлых якутов, 515 кочевых тунгусов, 265 охотников других местных национальностей, 94 русских крестьянина и 9 переселенцев.

В вышеуказанных трех округах в 1917 г. было добыто: 351 277 белок, 80 волков, росомах и рысей, 4 112 горностаев и хорьков, 246 951 заяц, 2 461 лисица, 4 755 лосей и оленей, 221 медведь, 33 песца и 25 соболей.

Г. Г. Доппельмаир 1 считал, что в первой половине 20-х годов текущего столетия общая стоимость товарной продукции пушного промысла в Якутской АССР составляла 2 млн. руб, причем удельный вес белки выражался в 56,5%, а песца — в 30,2%. За этими видами (по стоимости) следовали: лисица, горностай и колонок. По подсчетам Г. Г. Доппельмаира, заготовки пушнины в Якутии составляли 19% всех заготовок мехов в Сибири (без Дальнего Востока). Он не определил количество мехов, использованных местными жителями для личного потребления, особенно шкурок тарбагана, суслика и др.

За те же годы И. Д. Добровольский 2, изучивший охотничий промысел Якутии, оценивал валовую продукцию республики в 2 600 тыс. руб. в год, включая 20—25 тыс. шкурок песцов белых на 900 тыс. руб, 600—700 тыс. шкурок белок на 750 тыс. руб, 2—3 тыс. шкурок соболей на 300 тыс. руб, 10—12 тыс. шкурок лисиц на 300 тыс. руб, 0,3 тыс. шкур выдр и медведей на 25 тыс. руб. и разной пушнины на 325 тыс. руб.

Наконец, М. Коган 3, основываясь на цифрах Наркомвнуторга, приводил следующие данные о товарной пушной продукции в Якутии.

Товарный выход пушнины в Якутской АССР в 20-х годах XX в.

Данные М. Когана были заниженными по горностаю, зайцу-беляку, песцу, соболю и колонку.

В статье «Пушной и охотничий промысел Якутии», напечатанной в сборнике «Якутия» (вышел в 1927 г. в Ленинграде), Г. Г. Доппельмаир, приняв во внимание местное потребление и трудность подсчета вывоза мехов из республики, пришел к выводу, что ежегодная добыча шкурок пушных зверей в Якутии в 1923—1925 гг. составляла сумму от 2 200 тыс. до 2 750 тыс. руб. Сравнивая другие районы Сибири и Якутии, Г. Г. Доппельмаир определил сумму добываемой пушнины в Иркутской губернии в 2 085 950 руб. Енисейской губернии—в 3 679 275 руб. и Уральского района, включая Тобольский Север, — в 3 380 775 руб. Возможно эти данные были правильными для 1923—1925 гг, но в конце 30-х годов Якутская АССР находилась на первом месте по добыче пушнины среди всех районов страны.

С конца 20-х годов, в результате многих мероприятий, проведенных в Якутской АССР советскими охотничьими и заготовительными организациями, добыча пушных зверей увеличилась, в особенности белок, песцов, горностаев и зайцев-беляков. Соответственно повысились заготовки пушнины.

Якутская АССР целиком была отнесена к районам Крайнего Севера. В 1937—1938 гг. в 16 северных районах, где помимо пушного промысла было развито оленеводство, насчитывалось 6 222 охотника, в 5 юго-восточных районах, в которых размещена золотодобывающая промышленность, — 877 охотников и в 16 центральных и юго-западных районах, где население занималось сельским хозяйством, — 6 925 охотников. В первой группе районов в среднем на одного промысловика приходилось 346 кв. км охотничьих угодий, во второй — 387 кв. км и в третьей — 78 кв. км. Перед Великой Отечественной войной в Якутской АССР насчитывалось всего 14 024 охотника, причем в среднем на каждого из них приходилось по 217 кв. км угодий.

Примечание. Кроме того, в 1935 г. заготовлены пушные шкурки: сурка-тарбагана 834 шт., медведя белого 31 шт., соболя 251 шт., а в 1939 г. ондатры 8 277 шт.

В северных районах основными объектами охоты являлись песец белый и белка. В среднем каждый промысловик имел (в 1937—1938 гг.) 1 ружье, 4,6 капкана, 6 плашек, 14,6 черкана и 22,6 пасти; годовой доход от пушного промысла составлял 1 330 руб. на одного охотника. Только в Средне-Колымске было заготовлено шкурок песцов белых (в тыс. шт.): в 1939 г. — 4,4; в 1940 г.— 5,8; в 1941 г. — 3,8.

В юго-западных районах промысел сосредоточивался на белке. У каждого охотника в среднем имелось 1 ружье, 2,5 капкана и 0,3 черкана; годовой доход от охоты на пушных зверей выражался в сумме 1 170 руб. на одного промысловика.

В сельскохозяйственных районах пушной промысел являлся второстепенным занятием для населения. Промысловики охотились на белок, горностаев, колонков и зайцев. Из орудий промысла каждый охотник владел в среднем: 1 ружьем, 1,6 капкана, 0,8 плашки, 2,6 черкана и 0,4 пасти. Ежегодный доход охотника составлял небольшую сумму — 750 руб.

В некоторых водоемах Якутии — на севере, по рекам Токко и Чаре, в бассейне реки Марха и в пойме Лены были расселены ондатры, промысел на которых начался в 1939 г. В тундровых районах производилась подкормка песцов, что являлось одним из рациональных мероприятий по воспроизводству поголовья этих зверей.

Однако следует отметить, что охотничьи угодья Якутии полностью не использовались в связи с недостаточным количеством охотников. В первой половине 30-х годов в республике было организовано несколько производственно-охотничьих станций; в 1938 г. функционировала только 1 ПОС, работавшая на промысловых угодьях островов Ново-Сибирского архипелага.

Дальний Восток всегда был богатым по поголовью и добыче пушных зверей. Удельный вес дальневосточной пушнины в заготовках 192526 г. по всему СССР составил 11,8%. В 192829 г. на Дальнем Востоке насчитывалось 80 тыс. охотников, в том числе 70% промысловиков. По отдельным видам заготовки пушнины выражались в крупных количествах шкурок наиболее ценных зверей.

Похожие статьи по выживанию:

Добавить комментарий

2982
Метки: , , , , ,

Сайт «Выживание в дикой природе», рад видеть Вас. Если Вы зашли к нам, значит хотите получить полную информацию о выживании в различных экстремальных условиях, в чрезвычайных ситуациях. Человек, на протяжении всего развития, стремился сохранить и обезопасить себя от различных негативных факторов, окружающих его - холода, жары, голода, опасных животных и насекомых.

Структура сайта «Выживание в дикой природе» проста и логична, выбрав интересующий раздел, Вы получите полную информацию. Вы найдете на нашем сайте рекомендации и практические советы по выживанию, уникальные описания и фотографии животных и растений, пошаговые схемы ловушек для диких животных, тесты и обзоры туристического снаряжения, редкие книги по выживанию и дикой природе. На сайте также есть большой раздел, посвященный видео по выживанию известных профессионалов-выживальщиков по всему миру.

Основная тема сайта «Выживание в дикой природе» - это быть готовым оказаться в дикой природе и умение выживать в экстремальных условиях.

SQL - 17 | 0,859 сек. | 11.19 МБ