Рубки леса

В нашем лесном хозяйстве, как известно, применяются рубки главного пользования (сплошные узколесосечные, сплошные концентрированные, условно-сплошные, постепенные, выборочные, приисковые, рубки реконструкции, омолаживания и др.), рубки ухода рахтичного назначения и в различных классах возраста, санитарные рубки.

Ведущее значение имеют рубки главного пользования, в процессе которых в 1968 г. было получено 357,7 млн. .и3древесины. На долю сплошных рубок (по состоянию на 1965 г.) приходилось 75,5%, условно-сплошных 17,1%, добровольно-выборочных, постепенных, группово-выборочных 5,4% и подневольно-выборочных 2,9%. Отрубок ухода и санитарных рубок получено 34,7 млн. .и3 древесины. Характерная черта этих рубок за последнее десятилетие — увеличение объемов осветления и прореживания. В 1965 г. уход за молодняками проводился на плошали 997,4 тыс. га (запас 6.8 млн.), прореживания — на 301,9 тыс. га (5,6 млн. м3), проходные рубки — на 206,4 тыс. га (4,9 млн. м3), санитарные рубки — на 1603,9 тыс. га (запас 10,8 млн. м3), прочие рубки — 12 млн. м3.

Наибольшее влияние на качество лесных охотничьих угодий и фауну диких зверей и птиц оказывают сплошные концентрированные рубки. П. Б. Юргенсон (1969) по силе и характеру воздействия сравнивал их со стихийным бедствием — верховым лесным пожаром, так как в том и в другом случае восстановление лесной растительности начинается с самой ранней ступени.

Влияние сплошных рубок на качество лесных охотничьих угодий и условия обитания диких зверей и птиц было объектом серии интересных исследований. Д. Н. Данилов (1934) проводил свои наблюдения в ельниках-зеленомошниках, М. Ксрзина (1956) занималась этим вопросом в Костромской области и в Мордовском государственном заповеднике. Три исследователя работали в различных участках северной европейской тайги: Б. А. Ларин (1955) на Харовском стационаре ВНИО в Костромской области, А. Н. Романов (1956) в Коми АССР и Б. Б. Лебле (1959) в Архангельской области. А. А. Козловский (1969) изучал общий ход восстановления емкости охотничьих угодий после рубок и влияние сплошных концентрированных рубок на боровую дичь. Результаты их исследований в основном сводятся к следующему.

Сразу после сплошных рубок на месте многоярусных насаждений возникает открытое пространство, в котором защитные, кормовые и микроклиматические условия коренным образом отличаются от исходных. Для вырубок характерны более резкие суточные и сезонные колебания температуры, усиленная циркуляция воздушных масс. Изменяются гидрологический режим и глубина снежного покрова.

В первые годы мы имеем дело с так называемой «открытой вырубкой». Во время этой стадии молодые деревца, или поросль, не поднимаются из травянистого покрова или, по крайней мере, находятся с ним на одном уровне. На возвышенных участках поселяются вейник наземный и другие злаки, иван-чай, лишайники (ягели), в низинах — мхи, а в случае заболачивания — некоторые влаголюбивые растения. В сухих сосновых борах длительность этой стадии составляет в среднем 4—5 лет. В лесах с богатыми почвами обильная травяная растительность обычно появляется через 1—2 года после вырубки.

Постепенно происходит внедрение лиственных пород — березы, осины, ольхи, а также кустарников. Бурно развиваются ягодники и ягоднички. Деревья достигают высоты 1—2 м, а с развитием кустарников насаждения становится двухъярусными. Это стадия «зарастающей вырубки».

Высокая зоомасса, свойственная концу первой и второй стадиям, обилие солнца, хорошие защитные и прочие условия привлекают на вырубки много позвоночных животных. Разнотравные и заболоченные вырубки, отличающиеся значительным количеством кормов для различных мышевидных грызунов, обычно быстро заселяются ими. Богатство растительных и животных кормов, естественно, предопределяет увеличение видового состава и численности некоторых птиц и зверей, в том числе охотничьих: тетерева, диких голубей, в окраинных частях — рябчика, зайца-беляка, мелких и средних хищных зверей, диких копытных.

После того как деревья достигнут высоты 3—4 м, начинается смыкание их крон. Насаждения становятся трехъярусными. Но постепенно травянистый ярус разреживается, в нем сохраняются только теневыносливые растения. Нижние ветви деревьев становятся недоступными для наземных позвоночных. Претерпевает изменения фауна беспозвоночных животных и мелких млекопитающих. Кормность угодий резко снижается. Это стадия жердняка. Она неблагоприятна для большинства охотничьих зверей и птиц.

Если имеются условия для естественного возобновления хвойных деревьев, то они постепенно поднимаются и крепнут под пологом лиственных пород. В таких случаях возобновление хвойных пород занимает период от 5 до 20 лет.

В настоящее время на месте рубок главного пользования часто остается много высоких пней, ветровала, куч хвороста, несрубленных тонкомерных и фаутных деревьев. Такие вырубки, очевидно, нежелательные и с лесохозяйственной и с эстетической точек зрения, сохраняют убежища и корма для некоторых охотничьих зверей и птиц и для мелких млекопитающих, служащих кормом хищным зверям. Биологическая продуктивность таких угодий выше, чем угодий на открытых лесосеках.

Следует также отметить, что далеко не все вырубки выходят из стадии «открытых», многие из них заболачиваются и по этой или по другим причинам становятся непригодными для произрастания деревьев.

На севере, северо-западе нашей страны, в Поволжье, в центральных районах и на Урале необлесившиеся лесосеки и гари занимают 30% лесной площади.

Выделяются следующие типы зарастания сплошных лесосек:

1. Сосняки лишайниковые, в течение 4—5 лет зарастающие сосной с небольшой примесью березы; зарастание обширных вырубок длится иногда десятилетиями.

2. Сосняки вересковые, зарастающие в те же сроки. Иногда на месте вырубок возникают вересковые пустоши.

3. Сосняки брусничные, за 4—5 лет зарастающие сосной с примесью березы. При отсутствии источника семян вырубки десятилетиями остаются без древесной растительности.

4—5. Сосняки и ельники-черничники; сосняки и ельники-кисличники, зарастающие древесной растительностью через 5—7 лет после рубок. Сначала появляются осина и береза, затем ель и сосна. Иногда вырубки задерневают и на десятилетия покрываются луговиковыми, кипрейниковыми, вейниковыми и другими травянистыми ассоциациями. Задернение приводит к заболачиванию вырубок.

6. Сосняки и ельники травяные. На вырубках появляется мощный покров злаков и крупнотравья, зарастание происходит в течение 4—5 лет примерно так же, как и в черничниках. Древесная растительность имеет порослевое или коренеотпрысковое происхождение. Зарастание растягивается иногда на десятилетия. Под пологом лиственных пород поднимается ель.

7. Ельник-лог. В течение 2—3 лет на вырубках господствует пышная травянистая растительность, затем появляются береза, осина, кустарники, всходы ели.

8.Сосняки и ельники сложные, возобновляющиеся примерно так же, как и предыдущий тип (иногда подлесок из второстепенных пород задерживает возобновление основных).

9.Сосняки и ельники долгомошные, сосняки сфагновые. Сохраняется живой покров, бывший под пологом. Древесная растительность появляется на 4—5-й год (иногда через десятки лет).

Как видно из приведенных выше сведений, зарастающие молодым лесом вырубки относятся (по крайней мере, в европейской части страны) к одному из самых ценных типов охотничьих угодий. Их качество повышается, если среди молодняков имеются покрытые травянистой растительностью поляны и прогалины.

В еловых лесах на 1 га зарастающей вырубки приходится 64,5 тыс. стволиков лиственных пород, в то время как в лесу их было менее 2 тыс. Это имеет большое значение для улучшения кормовых условий зайца-беляка, который зимой питается в основном корой и ветвями молодых деревьев.

На вырубках коэффициент поедания зайцами стволиков составил 0,82, а в лесу —0,27. Вырубки ельников-земномошников приводят к созданию высокопродуктивных угодий для зайца-беляка. Однако через 20—25 лет количество заячьих кормов здесь сильно уменьшается, древесные породы смыкаются и вырубки перестают представлять интерес Для беляка.

Белка, питающаяся семенами хвойных деревьев, которые имеются только в спелом лесу, при проведении рубок в ельниках-зеленомошниках почти полностью лишается необходимых ей условий существования. В Мордовском государственном заповеднике, в частности, установлено, что зарастающие вырубки часто посещаются медведями. Их привлекает туда обилие муравьев и ягод.

На Харовском стационаре ВНИО (ныне ВНИИОЗ) все лесные охотничьи животные, за исключением белки, глухаря и рябчика, зимой обычно встречались на облесенной вырубке и в различных молодняках. Особенно благоприятные условия нашел здесь заяц-беляк.

После рубок Древесный ярус леса исчез почти полностью, средний диаметр оставшихся хвойных пород сильно уменьшился. Полнота древостоя снизилась до 0,1—0,15.

Дальнейшие исследования показали, что через 10—12 лет после рубки заметно увеличилось количество лиственных деревьев — березы и осины. Разросся травяной покров. Вес зеленой массы травы на 1 м2 увеличился в среднем с 5 до 145 г.

В Коми АССР сплошные рубки положительно влияют почти на всех охотничье-промысловых животных северной тайги — глухаря, тетерева, рябчика, белку, зайца-беляка, куницу, медведя, лося и др. Следует, однако, отметить, что послевоенными рубками были охвачены крупные массивы низкопродуктивных перестойных массивов. По-видимому, оставались невырубленными значительные острова хвойного леса, в которых концентрировались боровая дичь, белка и куница, посещавшая вырубки лишь в поисках корма.

В Архангельской области в ельниках-зеленомошниках до проведения рубок преобладала ель с примесью сосны, небольшого количества березы и единичных осин. Средний диаметр деревьев в древостое равнялся 24—26 см, полнота 0.8. Было удалено от 20 до 94,6 °/с деревьев различных пород.

Удаление древесного яруса и резкое осветление крайне губительно сказываются на ягодных кустарничках. Вес вегетирующих частей черники и брусники снижается со 150—155 до 17 г на 1 м2. Через 10—12 лет часть кустарничков уже восстанавливается, а через 20 лет их вес увеличивается до 58 г на 1 м2. В то же время затемнение, появившееся от крон деревьев, начинает угнетать травостой, вес его зеленой массы снижается до 37 г. Возобновляющиеся вырубки 20-летней давности покрываются главным образом разновозрастным лиственным молодняком. Увеличивается доля участия березы. Под пологом лиственных пород начинает разрастаться молодняк ели и сосны, более разнообразным становится подлесок, в его состав входят рябины, ивы, можжевельник, шиповник.

Лось чутко реагирует на все эти процессы. 10-летнис вырубки он использует в основном ранней весной и в меньшей степени летом. Зимой °н предпочитает сомкнутые ельники, так как на открытых вырубках слишком высок снеговой покров и недостаточно хороши защитные условия. 20-летние вырубки используются лосем гораздо более интенсивно, в том числе и в зимний период.

Рябчик реагирует на сплошнолесосечные рубки резко отрицательно; практически они приводят к исчезновению этой птицы.

Наконец, В. И. Падайга (1970) провел количественное изучение веточных кормов после сплошнолесосечных рубок. Исследования проводились в Латвийской ССР в 1963—1964 гг.. Как видно из табл. 13, запасы древесно-веточного корма на единицу площади вырубок с возобновляющейся осиной на 2—3-м году увеличиваются в 20 раз (по сравнению с насаждениями старшего возраста с редким подростом и подлеском), без осины — в 4,7 раза; в смешанных елово-лиственных насаждениях в 8,4 раза, а в сосновых насаждениях с примесью лиственных пород — в 9 раз. В двух последних случаях это происходит через 2 и 4 года после окончания рубок, когда появляется обильное возобновление кормовых растений: осины, рябины крушины, ив, дуба.

В. И. Падайга на основе проведенных им исследований делает вы-

Б. Б. Лебле считает, что интенсивная рубка спелых и перестойных лесов в районах европейского севера России полезна для ряда охотничьих животных и, в частности, для лося. Она увеличивает разнообразие и кормовую емкость охотничьих угодий.

В то же время интенсивная лесоэксплуатация, которая приводит к преобладанию вырубок и молодняков, лишает лесную куницу и белку лучших стаций. Куница в новых условиях резко меняет свою экологию. В сохранившихся островках спелого леса она наносит серьезный ущерб популяциям белки, а возможно, и зайцу-беляку, глухарю, рябчику (Граков, 1971).

Сплошнолесосечные рубки сильно снижают численность глухаря. Он может совершенно исчезнуть, если доля спелых насаждений составит менее Уз лесного массива, в котором обитала эта птица. Оставление недорубов, подроста и подлеска сглаживает влияние на глухаря сплошнолесосечных рубок. Вырубка леса в нетронутых или мало-эксплуатируемых районах узкими просеками создает благоприятные условия для глухаря. Сосняки сфагновые обычно не вырубаются и служат своеобразными резерватами. Особенно ценны такие сосняки с зарослями багульника или других полукустарничков.

Из ельников-зеленомошников Архангельской области, охваченных сплошными концентрированными рубками, глухарь откочевывает. Его могут задержать лишь значительные недорубы.

Тетерев в силу особенностей своей биологии реагирует на сплошные концентрированные рубки совсем по-иному. Весной он часто собирается на токовища, расположенные на обширных лесосеках. Количество и размеры токов сокращаются по м,ере зарастания вырубок; когда они сплошь покрываются зарослями деревьев и кустарников, токовища исчезают.

Оптимальные условия для гнездования тетерева наблюдаются на зарастающих лесосеках, когда молодняки достигают 6—12 лет. Исследованиями, проведенными А. А. Козловским в Вышневолоцком лесхозе Калининской области и Ветлужско-Унженском лесхозе Горьковской области, была выявлена следующая картина.

На чистых вырубках шириной 100 м, заросших вейником, тетерева отсутствовали. Если на таких вырубках оставались несожженными кучи лесорубочных остатков, то на 10 км маршрута встречалось в среднем 3 выводка, со средним числом тетеревят в выводке, равном 7. На вырубках шириной 150 м, заросших вереском и иван-чаем имелось 1,5 выводка на 10 км (средний размер выводка 1 и 5). Оставление порубочных остатков на таких вырубках увеличивало эти показатели соответственно до 4,5 и 3.

Концентрированных вырубок шириной 2000 м с вейниково-луговым покрытием тетерева избегати. При наличии на них лесорубочных остатков на каждых 10 км встречались в среднем 3 выводка.

На вырубках шириной 1000—1500 м, с группами недорубов и с групповым возобновлением березы, было от 1,5 до 3 выводков тетерева на 10 км учетного маршрута, причем средний размер выводка равнялся 5—8.

Зимой наибольшая концентрация лунок тетерева на 10 км маршрута была обнаружена на полянах среди молодняков 10—12 лет на лесосеках концентрированных рубок и на вырубках шириной 150 м с оставленными семенными деревьями. С увеличением возраста возобновления на вырубках эти места делаются мало пригодными для гнездования тетерева.

В настоящее время соболь встречается в северной части Саян только в оставшихся куртинах хвойного леса. Средняя плотность его населения здесь не превышает 1—1,5 особи на 1000 га, в то время как в коренных насаждениях, в кедровых и пихтовых лесах низкогорной и средней тайги имеется 12—18 (до 25) соболей на такую же площадь (Соколов, 1971). Вырубка темнохвойных лесов привела к снижению их биологической продуктивности в 150—200 раз, а выход пушной продукции с единицы площади сократился почти в 100 раз.

Н. Ф. Реймерс (1966), изучавший общие результаты антропогенного воздействия на таежные насаждения юга Центральной Сибири, отметил, что сплошная вырубка ускоряет трансформацию темнохвойной тайги в светлохвойную. В естественных условиях данный этап экологической сукцессии занял бы сотни, если не тысячи лет, под влиянием же человека он происходит значительно быстрее. При переходе от сплошного леса через редколесье к открытому пространству сначала происходит увеличение числа особей и биомассы позвоночных животных, а затем они падают до очень низкого уровня. На фазе мелколиственно-хвойного леса обе группы зооформаций (темнохвойная и евстлохвойная) обладают одинаковой биомассой, но затем появляются значительные различия.

Первичное нарушение южной тайги Сибири привело, по Н. Ф. Рсймерсу, к обогащению территории видами и особями, но затем наступила фаза количественного обеднения животного населения.

вод, что сплошнолесосечные рубки являются важным средством повышения кормовой емкости лесных охотничьих угодий.

Как видно из приведенных выше данных, сплошнолесосечные рубки почти во всех случаях (исключение представляют невозобновляющиеся и заболачивающиеся лесосеки) способствуют увеличению разнообразия и массы кормов охотничьих животных. В этом их положительное значение. Однако некоторым видам диких зверей и птиц недостаточно обилия кормов, им нужны хорошие защитные условия, которые на открытых лесосеках отсутствуют в течение более или менее длительных сроков.

По мере смыкания древостоя на лесосеках условия обитания охотничьих животных ухудшаются.

Решающим в оценке значения сплошных рубок для охотничьего хозяйства является способ их проведения. Если проводить сплошные узколесочные рубки систематически, ежегодно или через определенные небольшие промежутки, то можно получить разновозрастные насаждения с постоянным наличием на том или ином участке высокопродуктивных лиственных молодняков. Последствием же сплошно-лесосечных концентрированных рубок является выборочное (для отдельных видов диких зверей и птиц) и ограниченное во времени повышение биологической продуктивности охотничьих угодий, сопровождаемое к тому же разрушением коренных, наиболее устойчивых биогеоценозов. Об этом же говорят результаты фаунистических и биогеоценологических исследований, проведенных различными исследователями в азиатской части нашей страны.

Согласно данным Ф. Р. Штильмарка (1968), деятельность человека и особенно — рубки леса вызвали глубокие и разнообразные изменения В фауне лесных позвоночных животных Западного Саяна и Салаирского кряжа.

В полосе предгорий в конце XIX и в XX в. многие массивы леса исчезли, мощные сосновые боры сменились разреженными сосново-березово-осиновыми и другими вторичными лесами. Все это привело к значительному обеднению фауны: был уничтожен бобр, стали редкими медведь, лось, марал, косуля, снизилась численность барсука, колонка и горностая. Здесь редки также белка, бурундук, резко уменьшилась численность боровой дичи.

В низкогорной и среднегорной тайге смешанные рубки послевоенных лет привели к распугиванию осторожных животных — большинства хищников, копытных, крупных птиц. Почти не встречаются на вырубках соболь, белка, медведь, кабарга, глухарь, крайне редок рябчик. Бурундуки концентируются по опушкам леса и в недорубах. Со второго года сокращается численность красной полевки, а красно-серой, рыжей, темной полевок возрастает. Снижается численность птиц. В молодняках на местах вырубок формируются своеобразные и сложные биоценозы. Отсутствуют или редко встречаются медведь, белка, увеличивается численность колонка, ласки, горностая, лося, зайца-беляка. Из мелких млекопитающих наряду с летягой, бурундуком и северной пищухой обитают серые полевки — темная и экономка, лесные мышовки, появляются полевая мышь, мышь-малютка.

В дальнейшем на местах рубок леса формируются смешанные и хвойно-лиственные леса. При этом происходит постепенное восстановление коренных таежных биоценозов, однако большинство вновь появившихся видов сохраняется. Видовой состав вторичных смешанных лесов обычно богаче исходного, численность таежных видов здесь выше, чем на вырубках, но значительно ниже, чем в тайге. В связи с вырубками в тайгу проникают новые виды зверей и птиц, в основном представители европейской фауны, свойственные смешанным лесам.

Высокогорные леса Западного Саяна пока не испытывают заметного влияния деятельности человека. В связи с изменениями фауны тайги отмечается значительное падение продуктивности ценных охотничьих угодий, формирование очагов заболеваний, в частности клещевого энцефалита.

продолжающаяся до сих пор и принимающая угрожающие размеры. Особенно хорошо это видно на примере с мышевидными грызунами.

В коренных местообитаниях соболя — в темнохвойной тайге, преобладают лесные полевки. Их биомасса превышает 100 кг/км2, причем для очень хороших стаций соболя вполне достаточной была бы биомасса порядка 80—90 кг. В светлохвойных лесах стали преобладать лесные мыши и серые полевки, их биомасса оказалась неизмеримо меньшей. Изменились и общая численность соболя и его экология. Он стал более интенсивно преследовать белку, что, в свою очередь, вызвало уменьшение численности последней.

На месте обширных вырубок возможность получения лесной продукции появится не раньше чем через 100—120 лет. На них очень ограниченны и возможности побочных пользований, в частности выпаса скота. Резко снизился выход охотничьей продукции. Это дало основание Н. Ф. Реймерсу сделать вывод, что на юге Центральной Сибири на территории в 1,5 млн. га вследствие сплошных концентрированных рубок и особенно после пожаров возникла «экономическая пустыня». На территории в 15 млн. га, обладающих низкой биологической продуктивностью, сплошные концентрированные рубки привели к образованию «экономической полупустыни». Таким образом, если на севере европейской части СССР сплошные концентрированные рубки вызывают смену низкопродуктивных спелых и переспелых хвойных насаждений высокопродуктивными (с точки зрения охотничьего хозяйства) лиственными молодняками, то на юге Центральной Сибири они разрушают обладающие очень высокой продуктивностью темно-хвойные леса. И хотя дальнейшее направление сукцессии аналогично в обоих районах, все же продуктивность вторичных охотничьих угодий в Сибири не достигает исходной.

То же самое происходит и после вырубки кедрово-широколиственных лесов в Приамурье. Они не только снизили численность, но и поставили под угрозу само существование обитателей кедровых лесов — тигра, гималайского медведя, кабана, барсука.

П. Б. Юргенсон (1968 г.) на примере Московской области превосходно показал влияние на охотничью фауну довольно поздних стадий лесной сукцессии после сплошных рубок и лесных пожаров.

За последние 40—50 лет возраст лесов области существенно изменился. В эксплуатации подмосковных лесов ясно выделяются несколько стадий: массовая вырубка для отопления Москвы в 1918—1921 гг., усыхание хвойных лесов, вымерзание дуба и большие пожары 1938—1939 гг., новая массовая заготовка леса в годы последней войны. Затем последовало резкое сокращение площади и снижение объема лесосек в связи с выделением вокруг столицы лесопарковой и 50-километровой лесной зоны и с ограничением рубок в лесах I группы.

К концу 60-х годов площадь спелых хвойных лесов в Подмосковье по сравнению с серединой 20-х годов уменьшилась в 23, а под лиственным молодняком — в 2 раза. Площадь же наименее ценных для охотничьих животных средневозрастных приспевающих лесов заметно возросла. За истекшие 40 лет в подмосковных лесах почти исчезли лесные гари, в 3 раза сократилась площадь свежих лесосек, заросли лесом (в военные и послевоенные годы) значительные площади лесных сенокосов и пашен.

К 1920 г. лосей в Московской области осталось совсем мало, и они были взяты под охрану. В 1926 г. их насчитывалось уже 200 голов. С этого времени начался быстрый рост лосиного поголовья. К 1946 г. количество этих животных достигло 2000, т. е. за 20 лет увеличилось в 10 раз. Еще через 10 лет, в 1956—1957 гг. стало 9100 лосей, в 1959 г.— 12 000, а в 1960 г.—15 000.

Интересно сопоставить эти цифры с изменениями кормовой базы лося. В настоящее время в Подмосковье преобладают насаждения в возрасте 25—30 и 45—55 лет. Последняя группа насаждений была наиболее богата веточными кормами в 1928—1941 гг., что и создало условия для первой волны роста численности популяции. Насаждения, которым сейчас 25—30 лет, были наиболее продуктивными около 15 лет назад, когда численность лося достигла максимума.

В связи со старением лесов их продуктивность значительно понизилась; это обстоятельство наряду с довольно интенсивным отстрелом предопределило уменьшение численности лосей: в 1966 г. их было 6900. т. е. столько же, сколько в 1954 г.

Так как рубки леса в Московской области почти отсутствуют, процесс старения лесов продолжается. Поэтому П. Б. Юргенсон считал прогноз для лося по области неблагоприятным — его численность будет уменьшаться и далее, но с некоторым отставанием этого процесса вследствие параллельного роста перенаселенности лося в свойственных ему угодьях.

Заяц-беляк, как мы уже видели, реагирует на сплошные вырубки аналогично лосю. Поэтому не удивительно, что его максимальная численность в Московской области была отмечена в 1958 г. Средняя плотность населения беляка за последнее десятилетие составила семь-восемь особей на 1000 га. В Завидовском охотничьем хозяйстве за 1954—1965 гг. она колебалась от 7,9 до 128,6 особи (средняя 38,2) на 1000 га.

Площадь наиболее продуктивных заячьих угодий постепенно сокращается. Меньше становится лиственного подроста, мелколесья, кустарников в поймах рек, заболоченных лесов с ивовым подлеском. Хотя зайцу-беляку нужно гораздо меньше корма, чем лосю, неблагоприятное состояние кормовой базы отражается и на нем. Сохраняясь в качестве обычного вида, он никогда при таких условиях не станет объектом массовой любительской охоты.

Сокращение площади свойственных данным видам зарастающих вырубок и лесных пожарищ сказалось отрицательно также на глухаре и тетереве (зарастание лесных токовищ и прилегающих к ним гнездово-выводковых стаций).

Как упоминалось выше, на долю всех видов выборочных рубок в нашей стране сейчас приходится 8,3 % рубок главного пользования. Со временем этот показатель значительно возрастет. Поэтому изучение влияния выборочных рубок на продуктивность лесных охотничьих угодий можно считать чрезвычайно актуальным. Подобные исследования плодотворно ведет лаборатория лесного охотоведения Литовского института леса.

Работы по изучению влияния постепенных и выборочных рубок на кормовую продуктивность зимних пастбищ лося, благородного оленя, косули и зайца-русака были начаты в 1970 г. в лесной даче Ланчюнавас леспромхоза Кедайняй. Объектами исследований были разнотравные дубняки, ясенники, березняки и осинники типа ясеневых, пройденные рубками в различные сроки. Вариационно-статистическая обработка результатов наблюдений помогла установить, что существует прямая и тесная связь между запасами древесно-кустарниковых кормов и освещенностью в зоне лесовозобновления. Эта связь характеризуется коэффициентом корреляции 0,65 ±0,6 (г = 7,57). Освещенность в зоне лесовозобновления, как известно, определяется породным составом и полнотой первого и второго ярусов насаждений, т. е. степенью их изреживания во время рубок.

В результате рубок в твердопородных насаждениях (дубравах, ясенниках) освещенность в зоне лесовозобновления по различным пробным площадкам увеличилась в среднем от 6 % до 42—51 %. Общие же запасы зимних веточных кормов дичи на пятом году после проведения сплошных рубок возросли в 4 раза и составили 82—85 кг/га. Высокий запас древесно-веточных кормов (48,5 кг/га) был отмечен на третьем году после несплошных рубок при освещенности в зоне лесовозобновления, равной 30 %.

В некоторых случаях высокий запас (до 75—77 кг/га) зимних кормов имелся при полноте насаждений, равной 0,9, и освещенности 9 % в зоне лесовозобновления на третьем-четвертом годах после несплошных рубок. Это касается в основном выборочных рубок перестойного дуба, после которых на месте деревьев образовались обширные прогалины.

Очень большой запас древесно-веточного корма, достигающий 205 кг/га, был обнаружен уже на первом году после рубки в рединах ясеня (полнота 0,2), когда удалили перестойные осины. В мелколиственных разнотравных насаждениях (березняках, осинниках типа ясеневых) при увеличении освещенности до 8 % общие запасы древесно-веточного корма за 7 лет увеличились в результате рубок в 2—3 раза и составили 60 кг/га. Спустя 3—7 лет со времени проведения рубок при увеличении освещенности до 11—17 % общий запас древесно-веточного корма возрос до 31—44 кг/га.

В целом же, как сообщает автор описываемых исследований В. И. Падайга (1971), 100 га насаждений после проведения несплошных рубок дают в пределах досягаемости для зайца-русака и косули 1070—6860 кг, а благородного оленя и лося 450—2890 кг древесно-веточного корма. Потенциальная кормовая емкость этих угодий обеспечивает зимовку 8—50 косуль и 1—3 благородных оленей.

Влияние на емкость лесных охотничьих угодий различных промежуточных рубок изучено недостаточно. Некоторые данные по этому вопросу накоплены американским охотоведением.

В южной части Аппалачских гор вторичные твердопородные леса, образовавшиеся после сплошных рубок, имели высокую полноту, однообразный состав и не удовлетворяли потребностям белохвостого оленя в веточном корме. Были проведены усиленные рубки осветления с удалением в 11-летнем возрасте всех деревьев, кроме тех, которые должны были остаться к возрасту рубки. Расстояние между ними составляло 1,5—3,6 м. Уже на следующий год появилась обильная поросль древесных пород. Участки, на которых были проведены рубки, дали от 36 до 362 кг веточного корма на 0,4 га, в среднем в 10 раз больше, чем контрольные (Della-Bianka, Johnson, 1965).

Значительно увеличивают количество корма в малопродуктивных средневозрастных сосновых насаждениях рубки прореживания. В 30-летних культурах сосны через 5—10 лет после небольшого прореживания запас веточного корма составляет (в килограммах сухого вещества на 1 га) 175, после умеренного 203, а после сильного прореживания 227, в том числе более 60 % побегов, поедаемых оленями.

Чем больше разрежены насаждения сосны, тем гуще становится 2-й ярус, что ведет к новым изменениям кормовых условий. В интенсивно разреженных насаждениях более старых групп сосны веточного корма сравнительно меньше.

В штате Луизиана на плантациях флоридской сосны, в 30-летних посадках, прореженных в возрасте 20 и 25 лет, запас побегов молодых лиственных деревьев и кустарников на 1 га равняется (в сухом весе) 174 при легком и 215 кг при сильном прореживании. В 35-летних посадках после третьего прореживания, проведенного в 30 лет, запас побегов был обратно пропорционален интенсивности прореживания сосны и колебался (в расчете на 1 га) от 228 при легком до 220 кг при сильном прореживании.

Установлено, что через 10 лет после первого прореживания сосны лиственные породы и высокие кустарники выходят в средний ярус, становятся недоступными для оленей и угнетают травостой.

Рубки осветления в спелом высокополнотном лесу оказывают самое положительное влияние на состояние кормовой базы диких копытных зверей. Так, когда в Северной Каролине на опытных площадках размерами от 0,4 до 22 га вырубили почти все деревья (оставили всего по 25 семенных деревьев на гектар), запас веточных кормов для оленей увеличился с 40 до 730 кг/га, разнотравья и злаков — с 4,4 до 410 кг/га. Если прежде возобновление почти отсутствовало, то после рубки на каждом гектаре появилось в среднем 3380 ростков (Harlow, 1967).

П. Ф. Казневский (1959) отмечает отрицательное влияние рубок ухода на состояние кормовой базы диких копытных животных. Дело в том, что эти рубки направлены на формирование насаждений из главных пород, к которым в средней полосе европейской части России отнесены сосна, ель и дуб. Поросль остальных пород удаляют, что приводит к уменьшению общего количества и ухудшению качества кормов копытных.

Удаление подлеска в древостоях временного состояния, проводимое в порядке содействия возобновлению главных пород/также очень неблагоприятно для диких копытных, которые остаются без кустарников, дающих им основную массу побеговых кормов.

При прочистке молодняков общее количество и разнообразие веточных кормов уменьшаются; дикие копытные начинают более интенсивно использовать главные породы.

В южных дубравах вырубка подлеска перед началом главных рубок уменьшает объем веточного корма и ухудшает защитные условия для диких зверей и птиц. Это отрицательно сказывается на их численности, в частности на популяциях мышевидных. Снижается объем истребления мышевидными грызунами семян древесных пород (Образцов. 1957).

Иногда недостаточно учитывается влияние рубок ухода на очень полезных для леса мелких насекомоядных птиц. В Латвийской ССР при проведении таких рубок в весенне-летний период уничтожается до 80 % гнезд зяблика, мухоловки, пеночки, малиновки, синиц, дроздов и т. д. Санитарные рубки приводят к уничтожению 64—85 % птичьих гнезд.

Вырубка дуплистых деревьев наносит очень чувствительный ущерб полезной лесной фауне, в том числе и охотничьей. Она лишает жилищ и убежищ летучих мышей, клинтуха, гоголя, белку, летягу, куницу, соболя и многих других животных. О. К. Гусев (1964), например, считает, что уничтожение дуплистых деревьев в лесах Ильменских гор на Урале послужило одной из главных причин резкого уменьшения численности клинтуха в этом районе. Поданным этого же автора, на состоянии популяций соболя и кабарги отрицательно сказывается уборка в лесу валежника.

Пока что трудно составить общее представление о влиянии промежуточных и санитарных рубок на продуктивность охотничьих угодий. В целом, как показано выше, они имеют положительный характер, но имеются и серьезные отрицательные последствия. Необходимо проведение специальных исследований.

Добавить комментарий

Метки: , , , , , ,

Сайт «Выживание в дикой природе», рад видеть Вас. Если Вы зашли к нам, значит хотите получить полную информацию о выживании в различных экстремальных условиях, в чрезвычайных ситуациях. Человек, на протяжении всего развития, стремился сохранить и обезопасить себя от различных негативных факторов, окружающих его - холода, жары, голода, опасных животных и насекомых.

Структура сайта «Выживание в дикой природе» проста и логична, выбрав интересующий раздел, Вы получите полную информацию. Вы найдете на нашем сайте рекомендации и практические советы по выживанию, уникальные описания и фотографии животных и растений, пошаговые схемы ловушек для диких животных, тесты и обзоры туристического снаряжения, редкие книги по выживанию и дикой природе. На сайте также есть большой раздел, посвященный видео по выживанию известных профессионалов-выживальщиков по всему миру.

Основная тема сайта «Выживание в дикой природе» - это быть готовым оказаться в дикой природе и умение выживать в экстремальных условиях.

SQL - 10 | 0,386 сек. | 9.82 МБ