Оборотень

Такого волчару видел впервые, ОН шел, не доставая брюхом до снега, и я осторожно потянул за спуск. Шелчок осечки… Перезарядка на новый патрон. Осечка… Третий — осечка! И на глазах у меня волк медленно исчезает в подлеске.

ОборотеньФОТО SHUTTERSTOCK.COM

Второй день сидим в штабной избе зековской зоны «Сарьянка», ждем обещанную дрезину, дабы отбыть в заброшенный поселок «Восточный», где лесоразработки давно закончились, но «ус»* удалые вояки не сняли, так как охота в тех угодьях уж больно завлекательна.

Наша же задача сугубо утилитарна — старый друг Стас решил освоить верховья речки Икса, и мы сподвиглись помочь ему в строительстве охотничьей избушки. Обычное российское раздолбайство затянуло эту затею до середины ноября, и вот мы, нагруженные необходимым барахлом, уже трясемся по узкоколейке в компании двух развеселых сержантов, коим был дан командирский указ — доставить нас в целости и сохранности в пункт назначения. Договорившись о времени возвращения, тепло прощаемся с ребятами, отлив им пол-литра спиртяги. Нас трое: сам Стас, охотник-промысловик, Володя Чудинов, стендовик, почетный охотник, хохмач и умелец на все руки, и я, ваш покорный слуга. В компании с нами верный Володин Соболь, увешанный собачьими медалями всяческого достоинства, и две рабочие Стасовы лайки — Белка и Дик.
Складирование и сортировка привезенного хлама, пиратский набег на полуразрушенные избы поселка, увенчавшиеся добычей печной атрибутики, короткий отдых и начало трудовой вахты. Перво-наперво было найдено укромное местечко в изгибе реки, километрах в пятнадцати от поселка, затем дружная переноска всего скарба, строительство жилого навеса, заготовка дров и начало самой пахоты по возведению таежного небоскреба аж в шесть рядов. Работенка тяжелая, деревья рубили вдали от стройки, дружно волокли на расчищенное место, раскапывали и сушили мох, заготавливали жерди под потолок и нары… Когда стал прорисовываться остов избы, вдруг вспомнили, что мы в тайге, а почему-то еще ни разу не поохотились.

Сказано — сделано, и поутру уже топчем снег в нескольких километрах от базы. Белки было много, собаки работали непрерывно, а вот собольи следки попадались редковато. Мы с Володей и Соболем ушли вверх по реке, а Стас с собаками вышел проанализировать все соболиные переходы. К середине дня Соболь повел себя странно: вместо широких, так свойственных ему кругов, он начал крутиться возле нас, а затем просто перестал работать и ходил за нами веревочкой. Встретившись со Стасом вечером у избы, узнаем, что Дик, судя по всему, подсек лосиный след и ушел за зверем, а вот Белка «опарафинилась», стыдливо вильнув в сторону, вдруг резво рванула в сторону избы, где и была сурово наказана прутиком. Однако Дик на следующий день не вернулся, и мы со Стасом пошли прочесывать тайгу.

Специфичный сигнальный посвист я услыхал часов в двенадцать. Выйдя на поляну, увидел Стаса с непокрытой головой и в согбенной позе — вся поляна была истоптана, и среди клочьев шерсти и капелек крови, кроме следов Дика, были видны невероятных размеров волчьи, уходящие затем в ближайшее болото. Дик погиб, по всей вероятности, очень быстро, уж больно неравны были силы. Теперь стало понятно поведение остальных собак — тяжелый волчий дух, долетавший до них, лишал их воли, заставляя прижиматься к людям.

После короткого совещания решили на следующий день попытаться подловить разбойника. Рано утром двинулись в район предполагаемой засады. Неподалеку от болота, куда уходил волчий след, и лесного мыска, прямо на вырубах, стояла купа березок, где я и занял огневую позицию, упакованный во все белое, пропитанный пихтовым духом, сжимая в руках запеленатый в бинты мосинский карабин. Стас залег метрах в двухстах правее, за старой узкоколейной насыпью. Ветерок был удачный, он слабо дул прямо в лицо со стороны болота. Через час появился Володя с собаками на коротких поводках и, изредка похлестывая их прутиком, медленно продефилировал между нами и болотом, закручивая петлю обратно к избушке. Вскоре повизгивающие собаки и их экзекутор исчезли в отдалении, и потекли часы ожидания, когда готовность к мгновенному выстрелу борется с накапливающейся усталостью неподвижного, замершего тела, и только голова незаметно движется влево и вправо, отслеживая лежащее перед ней безмолвное белое пространство.

Прошло часов пять, мороз уже забрался во все складки тщательно подогнанной одежонки, когда сзади раздался специфичный Стасов посвист. Разминая затекшие члены, медленно двигаюсь к нему, заранее предчувствуя какую-то пакость. Сидя на корточках в небольших кустиках метрах в ста двадцати от моей засады, Стас молча показал мне на снег. Волк, незаметно просочившись между нами, уселся прямо за моей спиной, и могу себе представить, как он в душе издевался, наблюдая, как я изображал из себя великого охотника. Сидел он долго, даже в одном месте снежок подтаял под тяжелым волчьим задом, затем также тихо удалился восвояси. Глупость и гнусность ситуации, в коей я оказался, лишила дара речи, и всю дорогу до избушки брел молча, в глубине души кляня себя за тупоумие и самолюбование. В последующие пять дней, что оставались нам в тайге, волк больше не объявился, да и снег шел все это время беспрерывно. Распрощавшись со Стасом, выбираемся в «Восточный», где нас ожидает «нечаянная радость» — узкоколейка покрыта полуметровым слоем снега и никакой дрезины в поле зрения не прослеживается. Ранним утром следующего дня начинаем топтать лыжами двадцатикилометровую тропу прямо поверх шпал к разъезду с главным путем.

В надвигающихся сумерках выбираемся к долгожданной путейской будке с доисторическим телефоном внутри. Покрутив рукоятку и преодолев треск разрядов в трубке, узнаю у дежурного по зоне, что дрезина в ремонте и нам необходимо дожидаться «съема»,* тем более что он уже в пути. В кромешной тьме где-то далеко вдали появился тусклый глаз тепловозика, подтвердивший свое наличие простуженным гудком. Очерчивая фонариком в воздухе круг, бреду навстречу тормозящему составу, от которого к нам уже бегут приготовившиеся к бою два солдата и офицер. Короткое знакомство, и солдатики, подхватив наш груз, уже бегут вместе с нами к последнему вагону с расконвоированными зеками. Радостный свист и трехэтажный мат был ответом на наше подселение к этой братии. Тут же в зубах у не курившего уже неделю Володи оказался чинарик, а через пару минут две закопченные кружки с горячим чифиром были всунуты нам в руки. Задушевные разговоры, анекдоты и треп прервались остановкой у пустынной платформы, на которой приплясывал закоченевший на морозе офицерик. Мгновенная разгрузка, и вот мы уже в узкой офицерской столовке.

Бог ты мой! И чего же только на столе не было: копченая медвежатина, тушеная лосятина, жареная рысятина вперемешку с соленьями, вареньями и бутылками водки, истекающая слезой стерлядочка, слабопросоленная нельма и пышущая паром горячая картошка! Взятые в плен подполковником и двумя капитанами, замполитом и начальником штаба, мы сразу же сдались на милость победителя. Моей мало пьющей натуре был нанесен сокрушительный удар. Чудом вырвавшиеся живыми из этих дружеских объятий, мы еще долго с дрожью вспоминали гостеприимство хозяев…

А в январе на несколько дней появился Стас и за рюмочкой чая рассказал продолжение волчьей истории. «Ты, конечно, помнишь старую насыпь у болотца? Так вот, бреду я под вечер, страшно уставший, к своей избушке. Легкий снежок прямо в лицо и единственное желание поскорее добраться домой. И тут я увидел ЕГО. Почуять меня волк не мог — ветер от него, — а я стоял как вкопанный. «Белочка» была уже у меня в руках, а в патроннике сидел спортивный патрон из подаренной тобой «спецзаказовской» пачки.

Такого волчару видел впервые, ОН шел, не доставая брюхом до снега, и я осторожно потянул за спуск. Шелчок осечки… Перезарядка на новый патрон. Осечка… Третий — осечка! И на глазах у меня волк медленно исчезает в подлеске. Достав патрон, вижу четкий след от ударника, переворачиваю его на сто восемьдесят градусов и вставляю обратно в патронник. Никакого расстройства от неудачи, только глубокое удивление — ведь моя «Белка» еще ни разу не давала осечки, да еще и на таком патроне. Подходя к избушке, увидел на березах косачей, выцелил нижнего — выстрел «негодным» патроном — и косач летит комом вниз. Вот и думай, однако. Уже в Сарьянке, поджидая попутку, разговорился с одним из местных охотников.

Оказывается, все промысловики знали этого волка да и кличку ему дали — ОБОРОТЕНЬ. Сколько ни делали на него засад, облав, сколько ни ставили на него капканов и волчьих ям, ничего не выходило. ОН методично посещал охотничьи угодья, мигрируя с севера на юг и обратно километров двести, не забывая каждый раз прихватывать по одной-две собаки».

Сезон у Стаса не сложился, соболя было мало. Вот и пришлось ему вернуться на свою старую фазенду в верховьях речки Черной. Так что о дальнейшей судьбе оборотня ничего не известно.
А «спецзаказовские» патроны и «Белка» с тех пор ни разу не дали осечки.

Валерий Тимофеев22 января 2012 в 23:51

Похожие статьи по выживанию:

45
Метки: , , , , ,

Сайт «Выживание в дикой природе», рад видеть Вас. Если Вы зашли к нам, значит хотите получить полную информацию о выживании в различных экстремальных условиях, в чрезвычайных ситуациях. Человек, на протяжении всего развития, стремился сохранить и обезопасить себя от различных негативных факторов, окружающих его - холода, жары, голода, опасных животных и насекомых.

Структура сайта «Выживание в дикой природе» проста и логична, выбрав интересующий раздел, Вы получите полную информацию. Вы найдете на нашем сайте рекомендации и практические советы по выживанию, уникальные описания и фотографии животных и растений, пошаговые схемы ловушек для диких животных, тесты и обзоры туристического снаряжения, редкие книги по выживанию и дикой природе. На сайте также есть большой раздел, посвященный видео по выживанию известных профессионалов-выживальщиков по всему миру.

Основная тема сайта «Выживание в дикой природе» - это быть готовым оказаться в дикой природе и умение выживать в экстремальных условиях.

Protected by Copyscape DMCA Violation Checker
53 - SQL
0,488399 - time