В России формируется новый, тревожный и хорошо организованный тип браконьерства. Если раньше нелегальные охотники чаще преследовали трофейные цели — рога, шкуры редких зверей или просто азарт, — то сегодня их бизнес стал прагматичнее и масштабнее. Целью стала массовая добыча традиционных охотничьих ресурсов, но не для личного потребления, а для поставок в рестораны и заведения общественного питания. Этот феномен получил меткое название — гастробраконьерство.
Спрос рождает предложение. Мясо лося, кабана, косули или дикой утки позиционируется в меню как экологически чистое, натуральное и экзотическое, а потому продаётся по ценам, в разы превышающим стоимость фермерской говядины или свинины. Некоторые рестораторы, стремясь удовлетворить запрос клиентов и получить сверхприбыль, сознательно закрывают глаза на происхождение такого «деликатеса», становясь соучастниками преступления и финансируя уничтожение природных ресурсов.
Угроза для водных биоресурсов: Цифры, от которых стынет кровь
Особенно катастрофических масштабов гастробраконьерство достигло в рыболовной отрасли. Ярчайший пример — Ямало-Ненецкий автономный округ (ЯНАО). Здесь незаконной добычей ценных пород рыб для последующей продажи занимается, по официальным оценкам, более 2 100 человек.
Браконьеры целенаправленно охотятся на самые уязвимые и ценные виды сибирских рек. Лидерами печального списка стали:
- Чир (щекур): незаконно добыто 325,4 тонны.
- Муксун (запрещённый к вылову): изъято 64,1 тонны.
- Пелядь: 145,7 тонны.
- Сиг-пыжьян: 92,1 тонны.
- Нельма: 22,8 тонны.
- Осетр сибирский и стерлядь: 2,7 и 3,1 тонны соответственно.
Общий вес незаконно выловленной в ЯНАО в 2024 году рыбы составил чудовищные 655,9 тонны. Это не просто цифры — это подорванная основа жизни коренных народов и нанесённый на десятилетия урон экосистеме.
Экономический ущерб: Считаем в миллионах
Ущерб от такой деятельности исчисляется колоссальными суммами. Правоохранительные органы регулярно задерживают целые преступные группы:
- В Хабаровском крае шестерых браконьеров будут судить за незаконную добычу лосося и икры; причинённый ущерб оценён в 2,8 миллиона рублей.
- На Сахалине задержана группа, у которой изъяли около 300 тушек кеты на сумму порядка 1 миллиона рублей.
И это лишь вершина айсберга — те случаи, которые удалось раскрыть.
Почему так сложно бороться? Один инспектор на тысячу рек
Основная проблема в борьбе с гастробраконьерством — катастрофическая нехватка кадров для охраны угодий. Ситуация выглядит почти анекдотично, если бы не была так грустна.
Например, в Нижнеобском территориальном управлении Росрыболовства, отвечающем за гигантские пространства, право составлять протоколы имеют всего 56 должностных лиц. По данным Всероссийского научно-исследовательского института рыбного хозяйства и океанографии, на одного инспектора рыбоохраны в Тюменской области, ХМАО и ЯНАО в среднем приходится 1 400 рек и 11 300 озёр. Эффективно контролировать такую территорию физически невозможно.
Браконьеры, часто использующие современные средства связи и транспорта, оказываются на шаг впереди истощённых и немногочисленных охранных служб.
Пути решения: Нужен комплексный подход
Эксперты сходятся во мнении, что точечные задержания ситуацию не изменят. Требуются системные меры:
- Усиление охраны: Увеличение штата и техническое оснащение инспекций, использование беспилотников, фото- и видеоловушек.
- Давление на сбыт: Жёсткий контроль за происхождением продукции в ресторанах и на рынках, введение серьёзной ответственности для покупателей «чёрного» мяса и рыбы.
- Воспроизводство: Активное развитие искусственного рыборазведения (аквакультуры) для легального насыщения рынка ценными видами, такими как муксун или осетр.
- Научное сопровождение: Точные квоты на вылов, основанные на данных мониторинга популяций.
Только такой комплексный подход, направленный и на пресечение добычи, и на ликвидацию рынка сбыта, может дать надежду на сохранение российских биоресурсов для будущих поколений. Иначе нас ждёт печальное меню, где вместо деликатесов из чира или муксуна будут лишь воспоминания о них.
