Активизация воображения и эйдетизм в наших экспериментах способствовали проявлению творческой деятельности, поскольку испытуемые начинали «видеть» в салфетках, комках ваты и т. п. причудливые образы. Используя куски проволоки от вышедших из строя электрофизиологических датчиков, они стали мастерить различные игрушки. Заметив это, мы решили «подбрасывать» в сурдокамеру до начала эксперимента деревянные чурбачки, замысловатые корни деревьев. В своем отчете один из испытуемых писал: «В первые дни этот корень не вызывал у меня никаких эмоций. Когда я его стал рассматривать на третий день эксперимента, он мне показался весьма забавным. В воображении стали рисоваться какие-то животные, которые карабкаются на дерево. Спустя какое-то время я отчетливо увидел двух обезьян, которых преследуют хищный дракон и большая кошка. Может быть, пантера или рысь. Я настолько отчетливо видел этих животных, что высвободить их с помощью ножа не представляло для меня больших затруднений».

Переживания некоторых испытуемых находили отражения в литературном творчестве. Их литературные произведения, как и дневниковые записи, свидетельствуют о возникающей в условиях изоляции потребности в самоанализе, самовыражении и актуализации. Продолжить чтение →

Многие испытуемые в наших (О. Н. Кузнецов, В. И. Лебедев) экспериментах по длительной одиночной изоляции остро переживали вынужденное одиночество. Они сообщали, что до сурдокамерных исследований не осознавали полностью и явно недооценивали значение психологических связей с другими людьми. «Только в сурдокамере я понял, — записал в дневнике один из испытуемых, — что значит быть одному, какое значение для меня имеет общение не только с близкими мне людьми, но и с товарищами по работе. Это я понял не только умом, но эмоционально прочувствовал».

Разрыв связей с близкими людьми остро переживается не только в условиях одиночества, но и в обстановке групповой изоляции: «…чувствуешь изолированность, какое-то одиночество»213; «…почувствовал тоску по дому — хочется увидеть Анютку, малыша»214. Ю. М. Стенько отмечал, что в начале плавания моряки особенно остро переживают чувство одиночества, разлуку с близкими и родными людьми, которых они оставили на берегу. При этом почти все опрошенные им моряки заявляли, что на берегу они не ценили такие теплые отношения и что в будущем станут по-другому относиться к близким людям. Об этом же говорят наблюдения А. С. Макаренко, который в своей педагогической практике в качестве меры наказания применял бойкот. Колонисты осознавали тяжесть этой меры наказания только тогда, когда оказывались в условиях социальной изоляции и начинали «переживать тяжелые дни совершенного одиночества… не украшенного даже ничтожной теплотой «человеческого общения» 215. Наблюдения психиатров также указывают на то, что разрыв привычных социальных связей вызывает психологический шок, характеризуется тревожностью, депрессией и выраженными вегетативными нарушениями. Продолжить чтение →

Последовательность обучения курсантов в летных училищах складывается из освоения теории, тренировок на наземных летных тренажерах, полетов с инструктором на учебных самолетах с двойным управлением и, наконец, самостоятельных тренировочных полетов. В настоящее время еще не созданы учебные космические корабли, позволяющие в процессе подготовки «вывозить» обучающихся в космическое пространство для окончательной отработки профессиональных навыков по управлению кораблем в реальных условиях.

Таким образом, если основным видом подготовки летчиков являются тренировочные полеты на самолетах, а занятия на тренажерах имеют вспомогательное значение, то для профессиональной подготовки космонавтов решающее значение приобретают тренировки на тренажерах. Это обусловило высокие требования к наземным космическим тренажерам. Они должны имитировать условия и факторы космического полета, моделировать аварийные ситуации, работу отдельных систем и динамику полета, а также обеспечивать выработку необходимых навыков по управлению космическим кораблем и его системами. На специализированных тренажерах космонавты отрабатывают навыки выполнения конкретных задач, предусмотренных программой космического полета (таких, как выход из корабля в космическое пространство, проведение стыковки с другим кораблем или орбитальной станцией и т. д.). Продолжить чтение →

Как уже отмечалось в первой главе, постоянное присутствие угрозы для жизни, обусловливаемой повышенным фактором риска погибнуть в результате несчастного случая, аварии или катастрофы, может вызывать различные психические реакции — от состояния тревожности до развития неврозов и психоза.

По нашим наблюдениям, у подводников, летчиков и космонавтов вследствие сознания угрозы для жизни присутствует постоянная готовность к действиям, которая, однако, не всегда ими осознается. Такая готовность, сопровождаемая соответствующей психической напряженностью в адекватной форме, является закономерной реакцией на опасность. «Чувство опасности не должно исчезать,- считает В. И. Севастьянов,- оно включает психологические, в том числе эмоциональные, механизмы, активизирующие деятельность человека, обостряющие его мышление в случае аварии» 290. С позиций физиологии высшей нервной деятельности это состояние готовности к действию, которое может иметь ту или иную степень, А. А. Ухтомский квалифицировал как «оперативный покой». Готовность к действию определяется той «психологической установкой», которую имеет человек в данный момент. Высокая степень готовности к действию является необходимым условием надежности человека — важнейшего звена в системе «человек — машина» — при управлении самолетом, космическим кораблем или подводной лодкой. Продолжить чтение →

По нашим наблюдениям, переход к обычному ритму работы и жизни после одиночных сурдокамерных испытаний занимает около трех дней. Следует, однако, сказать, что срок пребывания в сурдокамере (10-12 дней) относительно невелик по сравнению с экспериментами по гипокинезии. По данным А. Г. Панова и других, на 12-14-й день реадаптации после гипокинезии испытуемые еще жаловались на боли в голеностопных суставах, стопах и голенях.

В течение нескольких суток после завершения длительных полетов космонавты отмечают, что обычная земная тяжесть воспринимается ими как перегрузки величиной 2-2,5 единицы, испытывавшиеся ими ранее на центрифуге. «Особенно отчетливо это чувствуется после возвращения, — рассказывает В. Соловьев.- Даже минуту постоять трудно, хочется лечь. А врачи требуют: «Работай! В работе — жизнь! Прислонишься к стенке, минута кажется долгой… А на следующий день уже пять минут, потом полчаса… организм «вспоминает» свое земное происхождение, забывает о космосе…». Продолжить чтение →

Этот этап начинается сразу же после выхода человека из измененных условий существования и по времени длится от нескольких часов до 2-3 суток. Чем же характеризуется этот этап?

Первое, что отмечают спелеологи при выходе из-под земли,- это снижение порога чувствительности зрительного и слухового анализаторов. «Когда мы выходили из Снежной на поверхность, была безлунная земная ночь,- пишет А. Медведев.- Однако зрение наше стало настолько приспособлено к условиям пещерного мрака, а слух к безмолвию, что все мы видели вокруг себя так, как если бы над горами Кавказа стоял ясный день. И вокруг мы услышали не ночную тишину, а сотни и тысячи самых разнообразных звуков: криков, шуршаний, шелестов, шепотов… Необычайно обострившиеся зрение и слух продолжали на поверхности еще долгие сутки функционировать по законам подземной адаптации».

Но особенно отчетливо выявляются в этот период сдвиги в эмоциональном состоянии. Продолжить чтение →

Этап глубоких психических изменений характеризуется развитием нервно-психических заболеваний. Сравнительно высокое место (до 20%) в структуре заболеваний на полярных станциях занимают неврозы. Развитие психических заболеваний в экспедиционных условиях даже в единичных случаях превращается в проблему. Эти больные нуждаются в специализированном лечении, что требует их эвакуации. Только с американских антарктических станций в 1959 г. было эвакуировано 6 человек с развившимся психозом 304. Психические заболевания возникали и на австралийских антарктических станциях. Из состава 17 первых советских антарктических экспедиций было эвакуировано 40 человек 305.

Исследователи не всегда указывают на те конкретные психогенные факторы, которые привели к невротическим срывам, и не называют точных форм этих расстройств, А без этого нельзя прогнозировать, какие именно формы невротических срывов и психических заболеваний можно ожидать при доминирующем воздействии того или иного психогенного фактора. Практика освоения измененных условий существования требует решения и этого вопроса. Впрочем, данная проблема выходит за рамки рассматриваемой нами темы. Поэтому, не вдаваясь в глубокий анализ клиники психических заболеваний, мы ограничимся показом тех форм нервно-психических расстройств, которые возникают в экстремальных условиях. Продолжить чтение →

Если на Земле все объекты воспринимаются на каком-либо фоне, богатом всевозможными ориентирами, то в условиях космоса человек может попадать в малоориентированное, а иногда в «чистое», «безориентированное» пространство. Речь идет о тех случаях, когда в поле зрения человека вообще отсутствуют какие-либо объекты. В частности, во время орбитального полета над освещенной поверхностью Земли при восприятии пространства выше горизонта видны лишь некоторые яркие звезды, которые могут и не попадать в поле зрения.

Под пространственной ориентировкой в условиях нахождения на поверхности Земли понимается способность человека оценивать свое положение относительно направленности силы тяжести, а также относительно различных окружающих объектов. Оба компонента такой ориентировки функционально тесно связаны, хотя их взаимоотношения неоднозначны. Если первый компонент в ряде случаев может существовать изолированно от второго, то второй всегда зиждется на базе первого. В космическом полете исчезает одна из существенных пространственных координат («верх — низ»), через призму которой в земных условиях воспринимается окружающее пространство. Продолжить чтение →

Совершенно особая роль в борьбе с воздействием психогенных факторов отводится двухсторонней радиосвязи и телевидению.

Вот как описывает влияние радиосвязи на психическое состояние человека американский врач-

астронавт Саймонc, поднявшийся в 1957 г. на воздушном шаре на высоту 30 км и пробывший в стратосфере несколько суток: «В ночные часы тонкая нить радиосвязи с моими друзьями внезапно стала для меня очень важной. Если прежде меня раздражало, что своими неустанными расспросами и требованиями они мешали моим наблюдениям, то теперь я радовался каждой возможности поговорить с ними».

И. Д. Папанин в своем дневнике неоднократно отмечал благотворное влияние радиопереговоров на настроение полярников, зимовавших на льдине: «В семь часов вечера нас вызвали с острова Рудольфа… Было очень хорошо слышно. Нам рассказали, какие статьи и фотографии помещены в газетах, что говорят в Москве по поводу нашей экспедиции. Продолжить чтение →

Во время экспедиции на судне «Мод» Р. Амундсен говорил: «Я знаю только одно занятие, по-видимому, никогда не надоедающее — чтение» 355.

На борту первой орбитальной станции «Салют» была библиотека, книги которой, изготовленные специально, имели как бы спрессованную форму. Г. Т. Добровольский писал в дневнике 22 июня 1971 г.: «Вадим в свободное время носится с томиком то Пушкина, то Лермонтова». В дневнике В. Н. Волкова от 26 июня имеется запись: «Вчера даже решил перед сном почитать «Евгения Онегина» и так увлекся, что протянул после отбоя целый час» 356.

Экспериментальные работы, проводившиеся за рубежом с целью изучения воздействия литературно-художественных произведений на психическое состояние людей в условиях изоляции, показали, что на них благотворно действуют юмористические и сатирические произведения, а также романтические и приключенческие истории. Продолжить чтение →

При длительном и интенсивном воздействии психогенных факторов и отсутствии мер профилактики, при психологической неподготовленности, слабом типе высшей нервной деятельности и других неблагоприятных обстоятельствах этап устойчивой переадаптации может смениться этапом неустойчивой психической деятельности. Для этого этапа характерно появление необычных психических состояний (феноменов), которые еще не обособились в четко очерченные формы нервно-психических заболеваний, что позволяет рассматривать их в границах психологической нормы. К таким феноменам можно отнести доминантные (господствующие) идеи, возникающие в условиях измененной информационной структуры.

Во время пребывания в сурдокамере испытуемого Б. мы заметили, что он много времени уделял записям, что-то чертил и производил какие-то измерения, смысл которых был для нас непонятен. После окончания эксперимента Б. представил «научный труд» на 147 страницах: текст, чертежи и математические расчеты. По материалам, содержащимся в этом «научном труде», был построен отчетный доклад испытуемого о проведенном эксперименте. «Труд» и сообщение были посвящены вопросу пыли. Поводом для проведенной работы послужил ворс, выпадавший из ковровой дорожки, находившейся в камере. Б. исследовал количество, пути распространения, циркуляцию, кругооборот пыли, зависимость ее наличия от времени суток, работы вентилятора и других факторов. Хотя испытуемый был инженером, «труд» его представлял собой набор наивных обобщений и поспешных нелогичных выводов, составленный в пылу увлечения при полном отсутствии знаний в области гигиены. Несмотря на это, Б. был убежден в высокой ценности, объективности и нужности проделанной им работы. Вопрос о пыли заслонил и вытеснил собирание и сопоставление важных сведений, предусмотренных программой эксперимента, что тем самым ухудшило качество работы испытуемого. Продолжить чтение →