Парламентарии готовят изменения, которые могут перезагрузить правила пользования охотничьими угодьями на огромных пространствах страны. Группа сенаторов, представляющих дальневосточные и сибирские регионы, внесла в Госдуму проект поправок в федеральный закон «Об охоте и охране охотничьих ресурсов». Суть инициативы — предоставить коренным малочисленным народам Севера, Сибири и Дальнего Востока приоритетное право доступа к охотничьим ресурсам в местах их исконного проживания и традиционной хозяйственной деятельности. Это не просто юридическая формальность, а потенциально важный шаг в защите уникального уклада жизни десятков народов.
В чём суть законодательной инициативы?
Предложенные изменения направлены на то, чтобы на уровне федерального закона закрепить особый статус коренных народов в сфере охотпользования. Сегодня их права часто прописаны разрозненно и зависят от местных нормативных актов, что порождает правовую неопределённость и конфликты с другими охотпользователями.
Новый законопроект призван расставить приоритеты чётко. «Приоритетное право доступа» означает, что при распределении охотничьих угодий или выдаче разрешений на добычу ресурсов в первую очередь должны учитываться интересы общин коренных народов. Это касается территорий их традиционного расселения — от тундры и тайги Кольского полуострова до побережья Охотского моря и Чукотки.
Комитет Государственной думы по региональной политике и проблемам Севера и Дальнего Востока уже взял предложение в работу. Как отмечают осведомлённые источники, в целом депутатский корпус поддерживает эту идею, видя в ней инструмент для укрепления прав коренных народов и сохранения их культурного наследия.
Почему этот вопрос так важен?
Для десятков народов, таких как ненцы, эвенки, чукчи, нанайцы, удэгейцы и многие другие, охота — не хобби и не спорт. Это основа жизненного уклада, экономики, культуры и самобытности на протяжении многих веков. Промысловая охота обеспечивает семьи мясом, шкурами для одежды и жилищ, материалом для традиционных ремёсел.
Однако в современной реальности их традиционный доступ к угодьям сталкивается с рядом проблем:
- Конкуренция с коммерческими охотхозяйствами, которые арендуют большие участки тайги и тундры.
- Сложности с оформлением разрешительных документов по общим правилам, которые не всегда учитывают особенности традиционного природопользования.
- Конфликты на местах из-за нечёткого разграничения прав.
Закрепление приоритетного права на уровне федерального закона должно стать правовым щитом, который поможет разрешить эти противоречия в пользу коренных жителей.
Что это изменит на практике?
Если поправки будут приняты, механизм их реализации, скорее всего, будет прописан в подзаконных актах. Но можно ожидать следующих последствий:
- Упрощение процедур: Для представителей коренных народов может быть создан упрощённый порядок получения охотничьих билетов и разрешений на добычу в пределах установленных квот.
- Приоритет в распределении угодий: При проведении конкурсов на право заключения охотхозяйственных соглашений общины коренных народов могут получить преимущественное право.
- Защита традиционных промыслов: Закон сможет гарантировать, что традиционная охота для собственных нужд не будет приравниваться к браконьерству, если она ведётся в рамках установленных обычаев и правил.
При этом важно понимать, что закон не отменяет общие правила охоты, связанные с техникой безопасности, сроками и запретами на добычу редких видов. Речь идёт именно о праве доступа к ресурсам.
Контекст и аналогии: как регулируется охота в других регионах
Пока депутаты обсуждают приоритеты для Севера, в других областях страны охота живёт по своим, давно установленным правилам. Например, в Ярославской области весенний сезон охоты на пернатую дичь чётко регламентирован: он длится ровно 10 календарных дней, начиная с третьей субботы апреля, и разделён на южную и северную зоны.
Любителям весенней охоты там разрешена добыча только самцов определённых видов, например, на селезней уток с использованием живых подсадных уток можно охотиться целых 30 дней. При этом за разрешение на охоту в закреплённых угодьях нужно заплатить ощутимую сумму — до 1500 рублей за 10 дней. Это разительно отличается от ситуации, которую хотят создать для коренных народов, где ключевыми понятиями должны стать не стоимость путёвки, а «традиционный уклад» и «беспрепятственный доступ».
Какие перспективы у законопроекта?
Инициатива сенаторов находится на ранней стадии рассмотрения. Ей предстоит пройти экспертные обсуждения, возможно, доработку в комитетах и чтения в Госдуме. У неё, несомненно, найдутся как сторонники, которые видят в этом восстановление исторической справедливости, так и оппоненты, которые могут выразить озабоченность по поводу возможных сложностей для других категорий охотпользователей.
Однако сама постановка вопроса сигнализирует о растущем внимании государства к проблемам коренных малочисленных народов. Принятие подобного закона стало бы важным символическим и практическим жестом, признающим, что охота — это не только отрасль рекреации, но и часть живой культурной традиции, нуждающейся в защите.
Остаётся следить за развитием событий в парламенте. Если закон будет принят, его реализация станет следующим, не менее важным шагом на пути к балансу между современным законодательством и многовековыми правами первых жителей российского Севера, Сибири и Дальнего Востока.
