В американском штате Южная Дакота, где охота на оленя — не просто спорт, а часть культурного кода и важная статья дохода, власти приняли беспрецедентное решение. Государственные чиновники объявили о временной приостановке выдачи всех лицензий на отстрел этих копытных. Более того, уже выданные разрешения будут отозваны, а охотникам, мечтавшим о трофее, пообещали выплатить полную денежную компенсацию. Причина столь радикальных мер — не политика и не протесты экологов, а стремительная и смертоносная вспышка болезни, опустошающая оленьи стада.
Невидимый враг: что такое Эпизоотическая Геморрагическая Болезнь Оленей (ЭГБО)
Виновник трагедии имеет длинное и пугающее название — Эпизоотическая Геморрагическая Болезнь Оленей (ЭГБО). Это высококонтагиозное (чрезвычайно заразное) вирусное заболевание, поражающее жвачных парнокопытных, в первую очередь — белохвостого оленя, который является главным охотничьим видом в регионе. Клиническая картина болезни столь же ужасна, как и её название: у животных развивается сильнейший геморрагический синдром (множественные внутренние кровоизлияния), обширные отёки, воспаление слизистых и суставов (бурситы). Заболевание протекает молниеносно, и его смертность в поражённых популяциях может достигать 90%. Для сравнения, при классической чуме крупного рогатого скота летальность обычно не превышает 50%, что делает ЭГБО одним из самых опасных заболеваний для диких копытных.
Крылатые диверсанты: комары как главные переносчики
Сама по себе болезнь не передаётся при прямом контакте между оленями. Роль зловещих курьеров играют мелкие кровососы — комары рода Culicoides (мошки, мокрецы). Именно они, насосавшись крови у больного животного, разносят вирус на многие километры. Вспышки ЭГБО носят выраженный сезонный характер, приходясь на конец лета и начало осени — период наибольшей активности насекомых. Влажное и тёплое лето в Южной Дакоте в этом году создало идеальные условия для размножения комаров, что и привело к катастрофическим масштабам эпизоотии.
Масштабы бедствия: более тысячи погибших оленей
Цифры, озвученные Департаментом дичи, рыбы и парков штата, красноречивы: на данный момент подтверждена гибель более тысячи оленей непосредственно от вируса ЭГБО. Реальное число, учитывая, что многие туши остаются необнаруженными в лесах и прериях, может быть в разы выше. Эта вспышка уже сейчас считается одной из самых масштабных за последние десятилетия.
Запрет охоты — вынужденная мера защиты
Решение отозвать лицензии — не просто жест доброй воли. Оно преследует несколько важных целей:
- Снижение стресса для популяции: Охота заставляет животных мигрировать и рассеиваться, что может ускорить распространение вируса по новым территориям.
- Мониторинг ситуации: Приостановка промысла позволяет биологам точнее оценить реальную динамику заболеваемости и смертности без вмешательства человека.
- Безопасность людей: Хотя вирус ЭГБО для человека не опасен, контакт с больным или недавно погибшим животным может нести другие риски.
Таким образом, история из Южной Дакоты — это грустный урок о том, насколько хрупким может быть баланс в природе. Иногда главным «охотником» становится не человек с ружьём, а микроскопический вирус, переносимый крошечным комаром. Местным же охотникам остаётся лишь надеяться, что принятые меры помогут оленьим стадам пережить этот тяжёлый период, и в будущем сезоны трофейной охоты снова станут возможными.
