Эпизоотологическое и эпидемиологическое значения. В пределах ареала среди тонкопалых сусликов наблюдались эпизоотии кожного лейшманиоза и клещевого возвратного тифа. Норы этого грызуна отнесены к числу микроочагов названных заболеваний (Петрищева, 1946; Галузо и Ре-менцова, 1959).

Паразиты и вызываемые ими заболевания. Паразиты тонкопалого суслика изучены недостаточно полно, что до известной степени затрудняет суждение о возможном эпизоотологиче-ском значении этого грызуна в различных частях ареала. К настоящему времени известны следующие немногочисленные данные.

Продолжить чтение →

Сурок Мензбира, по-видимому, моногам, но точные данные по этому вопросу отсутствуют. Из 157 сурков, добытых нами в горах Каржантау в течение всей активной их жизни, самцы составили 58,6, а самки — 41,4% ; среди молодых зверьков самцов было 56,1, а самок — 43,9%. В четырех полностью отловленных выводках, состоявших из 14 сурчат, самцов оказалось 57, самок — 43%. Среди 19 взрослых зверьков, добытых П. А. Янушко (1951) с 24 мая по 16 августа в верховьях р. Сарыайгыр, самцы составляли 57,8, а самки — 42,2%. Таким образом, у этого сурка соотношение полов близко 1:0,7 с преобладанием самцов.

Наилучшим показателем половой активности самцов слуисит наличие у них сперматогенеза. В 1962 г. на водоразделе рек Балам и Угам (2400—2600 м над ур. м.) во второй половине апреля сперматогенез по существу уже закончился. У трех самцов, добытых с 14 по 29 апреля, спермин в мазках из семенников и их придатков были единичны, а у особей, добываемых позднее, и вовсе не обнаружены.

Продолжить чтение →

Данные о врагах сурка в Казахстане малочисленны. В. С. Бажанов (1953) считает его врагами медведя, волка, отчасти лисицу, а из птиц — беркута и бородача. Из 13 кучек экскрементов бе-локоготного медведя, просмотренных нами в юго-западной части заповедника Аксу-Джабаглы в августе 1962 г., в одной обнаружено много остатков довольно крупного сурка. По-видимому, зверек добыт медведем при раскопке короткой жировочной норы, как это наблюдал Г. А. Кайзер (1939) в Алайской долине. Постоянные норы из-за большой их глубины медведь обыкновенно раскапывает безрезультатно (Кайзер, 1939; Кармышева, 1963). Просмотрев много экскрементов и восемь желудков белокоготного медведя, Н. X. Кармышева (1963) остатков сурка в них не обнаружила. В целом вред суркам от медведя не может быть большим.

При просмотре большого количества экскрементов барсука в местообитаниях сурка в заповеднике Аксу-Джабаглы остатков последнего в них не найдено.

Продолжить чтение →

Сведения о линьке основаны на описании 300 шкур сурка из Казахстана (Алтай, Саур, Тарбагатай, Джунгарский Алатау, Заилийский и Терскей Алатау и Казахское нагорье), а также 200 живых сурков, рассмотренных в бинокль.

Сурок линяет один раз в году. Линька, включающая смену ороговевшего слоя эпидермиса, начинается недели через три после появления зверьков из нор после спячки и в массе заканчивается недели за четыре до залегания в нее. Она протекает очень сходно с линькой длиннохвостого сурка, описанной в очерке о нем.

Продолжить чтение →

Взрослые байбаки, как правило, живут в убежищах парами (самка и самец). С ними же находятся прибылые зверьки и молодые, рождения прошлого года. Весной мы встречали до пяти-шести молодых в возрасте по второму году в одной норе. Летом же более двух таких зверьков в одном убежище мы никогда не наблюдали. Иногда попадались самцы-одиночки. Они селились отдельно, очевидно, из-за избытка в популяции самцов. В 1957 г. добыто 14, а в 1958 г. — девять таких зверьков. Они были истощенными и покусанными и в значительной мере вели кочевой образ жизни. Такие зверьки нередко, но безуспешно пытались проникнуть в жилища, занятые полными семьями. Бродяжничество их прекращалось лишь после того, как они находили одиночно живущую самку. В 1958 г. у оз. Шоиндыкуль в нескольких случаях, отловив из семьи взрослого самца, мы через одну-две недели находили на его месте другого. Можно полагать, что байбак — строгий моногам, так как мы никогда не наблюдали, чтобы взрослый самец, живущий с определенной самкой, пытался бы перейти к другой. Самец оберегает участок своей семьи, изгоняя пришельцев.

Продолжить чтение →

Сведения о линьке этого сурка основаны на просмотре 32 его шкур с Киргизского и Таласского хребтов и 88 из других частей ареала. Этот сурок линяет один раз в году. Линька, включающая смену ороговевшего слоя эпидермиса и волосяного покрова, начинается недели три спустя после выхода зверьков из спячки и заканчивается недели за две до залегания в нее. В нижнем поясе обитания (1800— 2300 м над ур. м.) она длится около трех с половинойчетырех месяцев, а в верхнем поясе (2800—3300 м над ур. м.) недели на полторы-две проходит скорее. Судя по небольшому числу шкур, в нижнем поясе она начинается примерно в конце первой — начале третьей декады апреля, а заканчивается во второй половине июля — начале августа; в верхнем — примерно на четыре недели позднее, что соответствует срокам запаздывания цветения растений на этих высотах. В нижнем поясе северного склона Киргизского Алатау линька заканчивается к 20—25 июля (Кузнецов, 1948).

Продолжить чтение →

Грызун величиной с белку. Вес взрослых 600—800 г; длина тела 255—295, хвоста 75—100, задней ступни 60—68 мм; пальцы конечностей очень длинные и тонкие. На задней конечности наиболее длинны второй-четвертый пальцы, у передней — второй и третий. Когти длиной до 15 мм. Сосков восемь, защечных мешков нет (просмотрено 20 взрослых особей из Южного Прибалхашья).

Зимний мех длинный (до 15—18 мм), пушистый, мягкий с густым подшерстком. Спина соломенно-желтого цвета, с неясной слабой пятнистостью. Летний мех очень редкий, короткий и без подпуши. Волосы жесткие и плотно прилегают к шкурке. В летнем меху остевые волосы под лупой имеют вид плоских, коротких игол, напоминающих иглы ежей или дикобраза. Строение зимних волос такое же, только они длиннее и тоньше.

Продолжить чтение →

Серый сурок оседл, но у него наблюдаются перемещения: при расселении из зимних нор в летние (на пересеченном макро- и мезорельефе), смене кормовых участков, расселении половозрелых зверьков, изменении численности. Известны более дальние непериодические перемещения типа миграций и перемещения из-за деятельности человека (Бибиков, 1962).

Расселение сурков из зимовочных убежищ в летние происходит недели через две-четыре после их выхода из нор по окончании спячки. Оно охватывает почти все населенные норы (самка с детенышами часто остается в зимовочной норе), но дальность его обычно не превышает нескольких десятков метров. Наблюдения за окрашенными сурками показали, что летом они очень подвижны, посещают много нор и нередко один зверек ночует в разных убежищах. Перед спячкой особи, выселившиеся из зимовочных убежищ, снова возвращаются в них. Однако смена зимовочных нор на летние, очевидно, бывает не повсеместно и на плоских местах с невыраженным мезорельефом происходит редко.

Продолжить чтение →

Данных о типах поселений в литературе нет, сведения об использовании отдельными зверьками территории поселения крайне ограничены. Несмотря на высокую подвижность и относительно слабую привязанность к норам, он использует значительный индивидуальный участок, который слагается, видимо, из ряда отдельных кормовых площадей, посещаемых зверьком попеременно в определенные периоды жизни. В пределах кормовых участков располагаются постоянные или чаще наспех вырытые временные норы, используемые непродолжительное время, так как запасы корма в песках невелики, поэтому и нет длительно используемых кормовых участков. Размеры их находятся в прямой зависимости от рельефа песков и состояния растительности, которая, в свою очередь, зависит от выпаса скота.

Продолжить чтение →

Данных о спячке сурка Мензбира очень мало (Янушко, 1951; Петров, 1960, 1961; Капитонов и Лобачев, 1964) и до сих пор не раскопано ни одной норы со спящими зверьками.

Подготовка к спячке начинается по существу с накопления жира, о котором говорилось выше, и с заготовки гнездовой выстилки. Период заготовки наступает уже с середины — конца июля и продолжается до залегания в спячку, но происходит очень неинтенсивно. Унеся в нору один пучок травы, зверек никогда не отправлялся за вторым, а уходил кормиться или отдыхал. Лишь значительное время спустя (час или больше) он как бы попутно относил второй пучок. Молодые зверьки осенью также изредка пытаются собирать гнездовую выстилку, но обычно не доносят до норы, а теряют дорогой, отвлеченные чем-либо посторонним.

Продолжить чтение →

Сурков обычно считают типично колониальными животными (Формозов, 1929; Н. Наумов, 1954; Тарасов, 1961). Однако Г. А. Кайзер (1939) отрицает наличие колоний у длиннохвостого сурка в Алайской долине. Это противоречие, по-видимому, происходит лишь потому, что само понятие «колония» применительно к млекопитающим, и в частности к суркам, в значительной мере не определенно.

Если понимать под колонией группу из нескольких семей сурков, живущих неподалеку одна от другой и на значительном удалении от следующей группы, то наличие колоний у описываемого сурка, по крайней мере, в заповеднике Аксу-Джабаглы, не вызывает сомнений, хотя встречаются изредка и односемейные поселения. Обычно же поселение состоит из четырех-шести семей, иногда, по-видимому, их бывает больше. Площадь, занимаемая поселением, достигает в некоторых случаях почти 1 км2, а расположены они одно от другого на расстоянии от 2—3 до 10—15 км.

Продолжить чтение →