Пилигрим на Волге. Глава 2

Начнем, пожалуй, так: был теплый, солнечный, тихий, а в остальном необыкновенно мерзкий день.  Я смотался в Москву, а там издатель, которому я перевел роман, слинял неведомо куда, не расплатившись за два предыдущих.  Комсомольские работнички, в гробину их душу.  Бизнес по-русски.  Страна, похоже, катилась ко всем чертям – с залетом в гражданскую войну.  Любимая тоже слиняла на лето, а какая ж это в нюх любовь.  Я раньше и вправду много кормился любовью.  Это теперь как-то обсох, да и пора уж.  Но это к слову.

Да, еще амбал этот в электричке.  Тоже… любовь.  Прилип всем передком к какой-то молоденькой бабенке в непроходимой толпе, она в плач, я ему в морду, но у меня всегда потом тошнотная реакция.  Не затем же Господь Бог творил нас по образу своему и подобию, чтобы чуть что и по соплям.  Хотя, конечно, Ему тоже доставалось по сусалам, но сам Он – ни-ни.  Я, правда, в Бога не верю, но, может, Он в меня верит.  Что я хороший внутри.

Приехал домой, помыкался по квартире, сел за стол, попробовал уйти в роман с приключениями на острове аж в Тихом океане, с пиратами и прочей дребеденью, что лежал пыльной кучкой на столе уже пару лет[1].  Все казалось пресно, глупо и плоско.  Я испугался, что разлюблю героиню, покидал кое-как шматье в рюкзак, кинул на спину, на грудь повесил тюк с “Ласточкой” (такой способ таскать называется “папа-мама”) и потопал к Волге.

На берегу надул лодчонку, увязал груз, оттолкнулся и поплыл.  С полчаса зло махал веслом, аж дюраль скрипел и гнулся, потом уронил весло на колени, откинулся на заднюю деку и глубоко вздохнул.  “Ласточка” воровато увалилась влево – всегда только влево – и скоро стала ровно поперек курса.  Сколько я ее знаю, она выписывает этот вензель, исподтишка, но упрямо, чуть только отвернись.  Я невольно ухмыльнулся и оглянулся.

Мы тихонько дрейфовали близ лесистого левого берега. Никого кругом, только жидкое пространство да фигурки на дальнем правом берегу.  Их мы будем игнорировать, решительно.  Остобрыдли они, но на расстоянии – пусть себе.  Я почувствовал, что уже отпустило.  Лодочка покачивалась мелко-мелко, отраженное солнышко дробилось на ромбики вблизи и сливалось в пожар подальше, зефирчик овевал физиономию нежно, как больному. Трудно было поверить, что брюзгливое истеричное животное, раздирающее себя на лоскутики из-за каких-то давно забытых пустяков, и теперешний солнечный я – одно и то же физическое и даже юридическое лицо.

Тысячу раз уж я переживал эту трансфигурацию, и все мне внове контраст между красой богоданного мира и тем скотством, что мы в нем учиняем. А ведь нам бы благодарить кого-то ежечасно за совершенно незаслуженную привилегию – жить, притом жить в таком чудном антураже.  Если б это чувствовать, никакого скотства на свете не было бы.  Обиженные и обижающие – все мы комики, муравьишки, тянем какие-то крошки и травинки друг у друга, а сверху наступит тяжелая стопа, и все в жижицу.  Смех.  Ну обидели меня; так я ж могу простить – хотя бы тому амбалу, которому расквасил нос.  Был бы монахом, еще бы помолился за него.  Впрочем, молиться за  таких – это уж перегибы на местах.

Чего-то меня потянуло на святое.  Должно, по системе “согрешил – покайся”.  Душа уязвлена стала – значит, обрати взор к небу, где нет ни печали, ни воздыхания, но балдеж бесконечный.

Я вытащил из футляра, что лежал между ног, бинокль и навел туда, где вырастал потихоньку Оршин монастырь или то, что от него осталось – Воскресенский собор.  Черт, весь в лесах.  Впрочем, все лучше, чем мерзость запустения, как незадолго до того было повсеместно, да и теперь берез на колокольнях хватает.  Ну не гадство ли: в природе благорастворение воздусей, а в покинутом храме мерзко сквернословить хочется – такую красоту людишки угробили, сволочи.  Вроде как лебедя картечью прошить.  И на тебе, готова ностальгия по Золотому Веку, которого, скажем прямо, никогда не было. Во всяком случае не в России.  Но тут вроде возрождаемся помаленьку.

Я свернул в Оршу, уютно узкую даже в устье, выкарабкался на берег и обошел невеликий собор.  М-да, это конечно… м-да.  Ничего не скажешь.  Вот сравнить: церковь во Власьеве, где я отчалил, ну милота, и все тут, провинциальное барокко, наивняк, тяжелые парадные украшения на миниатюрном теле, чуть смешно, по плечику похлопать хочется.  А тут – шалишь.  Не хочешь, а заблагоговеешь.  Не стена, а сплошное чувство собственного достоинства. Гладкая, без швов, массивная что на вид, что на ощупь. И не просто масса нерасчлененная, а упорядоченная пилястрами, и пилястры членят стену неровно, по какому-то мистическому порядку, ой как все непросто.  Похоже, пилястры разбросаны прямо по Пастернаку, чем случайней, тем вернее – не отличишь, то ли гений, то ли случай.  Наличники легкие, уместные.  А портал-то, портал, мама родная, полуколонки уходят в перспективу, в толщу стены, и линия арки живая, словно Бог упражнялся в геометрии. Это не циркулем проведено, нет, такая арка застонать может от тяжести, если прислушаться.  Лепота-а…

Я отвернулся и пошел, чтобы сберечь, не замылить первое впечатление, но что-то мешало, как упрямая рифма за кулисами сознанья, и я оглянулся, словно жена Лота.  Купол…  Я боялся оскорбить Кого-то, но в нем, в куполе, было что-то исламское, не свое.  Впечатление неортодоксальное, но скорее всего от невежества.

Придется изучать источники, хоть это и противно. Этот купол меня прямо доставал.  Я вытащил из полевой сумки крохотный путеводитель по художествам Верхневолжья, почитал, потом шмякнул его оземь.  Ну конечно.  Монастырь основан в ХIV, нынешний собор в XVI, и был он пятиглавым, а теперь остался один центральный купол.  Хорошо хоть не боковой.  Когда снесли остальные четыре главы, в советском путеводителе не упоминалось, а раз не упоминалось, значит, понятно, когда.  Я ж говорю – сволота.  Ну не веришь, так и не маши кадилом, зачем же купола ломать, не так и не мать. И ведь не марсиане ломали, вот что паскудней всего. Свои, россияне, в гробину их маму…

Настрой опять подломился, и я угрюмо погреб вверх по Орше.  Казалось бы, ну что мне собор, что я собору, а вот поди ж, духовность заела.  У меня свое, домотканое определение духовности: способность переживать не только за то, что у тебя в корыте, а и что вроде вовсе тебя не касается.  Типа неба или жалких собачьих глаз.  Да что собачки. Отморозка того в электричке, и то жалко.  Как у него переносица хрустнула…

Нет, надо было куда-то прятаться от этих видений.  Если долго грести вверх по Орше, а потом вконец усохшими, заросшими канавами, можно попасть в серию больших озер посреди непролазных топей, а в тех озерах острова, населенные лишь мрачноватыми на вид медведями. Там уж хлебай одиночество хоть ртом, хоть чем хочешь.  Пополам с москитами.

Впереди замаячили пятиэтажки какого-то поселка, и мне резко погнуснело, прямо какая-то клаустрофобия одолела.  Я грубо осадил “Ласточку” и развернул на пятачке.  Она крутнулась с полной готовностью и даже с облегчением.  Отрада ты моя.

Я снова прошмыгнул мимо собора.  Стыдно было знать его тайное горе.  Вообще-то соборы не по моей части, я больше по горам и тундрам спец, и давно еще решил заняться Реймсом, кампаниле и пр. после семидесяти. Если уцелею в скитаньях.  Все казалось, что до этого срока, как до луны, а теперь выходит рукой подать, надгробным камнем докинуть.  Я бы, конечно, мог еще подождать лет пятьдесят, мне не к спеху, но – труба зовет.  Пора и о душе подумать. 

Я всегда знал, еще когда козленком веселился, что тут у меня будут сугубые проблемы, ибо душа моя никак не связана ни с какой церковью. С бабушкиным Богом пуповина незаметно как-то отпала, и теперь придется доходить до сути на своих соплях.  И тут такой случай подваливает.  Конечно, можно смотреть на собор как на организованное пространство, архитектурно.  Вот мой путеводитель описывает хоть церковь, хоть бордель, хоть почтамт с равным энтузиазмом. У меня так не получается, ну и нечего  мучиться.  Будем так, как получается.

Добавить комментарий

Метки: , , , , , ,

Сайт «Выживание в дикой природе», рад видеть Вас. Если Вы зашли к нам, значит хотите получить полную информацию о выживании в различных экстремальных условиях, в чрезвычайных ситуациях. Человек, на протяжении всего развития, стремился сохранить и обезопасить себя от различных негативных факторов, окружающих его - холода, жары, голода, опасных животных и насекомых.

Структура сайта «Выживание в дикой природе» проста и логична, выбрав интересующий раздел, Вы получите полную информацию. Вы найдете на нашем сайте рекомендации и практические советы по выживанию, уникальные описания и фотографии животных и растений, пошаговые схемы ловушек для диких животных, тесты и обзоры туристического снаряжения, редкие книги по выживанию и дикой природе. На сайте также есть большой раздел, посвященный видео по выживанию известных профессионалов-выживальщиков по всему миру.

Основная тема сайта «Выживание в дикой природе» - это быть готовым оказаться в дикой природе и умение выживать в экстремальных условиях.

Яндекс.Метрика
SQL - 40 | 0,124 сек. | 12.34 МБ