В настоящее время численность бурого медведя определить достаточно сложно. Подсчеты, проводившиеся с привлечением данных по заготовкам как на больших площадях, так и по отдельным областям, неприемлемый вид у явного несоответствия добываемых (в том числе к по лицензиям) медведей определенному, близкому к достоверности показателю их численности в угодьях. Достаточно обратить внимание на ряд факторов, от которых в наше время зависит не только распределение медведей по станциям, ко и доступность их для охотников.

В сельской местности коренного населения, хорошо знающего угодья, становится .меньше ввиду повсеместной урбанизации. Подавляющее большинство охотников-спортсменов посещают угодья, доступные для транспорта. По этим причинам в труднодоступных местах медведей почти не добывают. Результативность охот, наиболее распространенных в европейской части СССР (охота па овсах), остается низкой, причем от года к году она неоднородна и в большой степени зависит от урожайности основных кормов медведя: в урожайный год процент добычи резко надает ввиду снижения интенсивности питания медведей на полях, засеянных овсом. Охота на берлоге в настоящее время малоразвита в связи с тем, что медведи залегают в труднодоступных для человека местах, а опытных охотников по розыску берлог немного. Фактор беспокойства является сейчас одним из глазных факторов, влияющих на стадиальное распределение медведей.

Продолжить чтение →

Медведи почти всегда закапывают добытых домашних животных. Это также следует рассматривать как деятельность, направленную на сохранение жертвы. При добыче домашнего животного у хищника проявляются в пищевом поведении оборонительные реакции. На пастбище, где пасется скот, остаются следы человека — главного врага медведя. По отношению к нему у хищника проявляется наиболее ярко выраженная реакция избегания («страха человека»). Домашний скот несет с собой запах человеческого жилья, и, прежде чем напасть на домашнее животное, медведь должен возбудиться до такой степени, чтобы это возбуждение затормозило действие указанной реакции.

Известно, что пищевые и оборонительные реакции находятся в тесной взаимосвязи [89, 109]. После добычи домашнего животного возбуждение хищника снижается и проявляется реакция «страха человека». Медведь пытается утащить жертву с того места, где имеются следы человека (пастуха) либо домашнего скота, и обычно заваливает ее землей и всевозможным хламом. Бывает так, что пассивно-оборонительные элементы поведения проявляются в более яркой форме, чем пищевые. Тогда медведь может уйти от своей жертвы, так и не начав ее есть. Такие случаи нередки (обычно при этом говорят: «Медведь насторожился, хитрит, не хочет идти на приваду»). Однако отдельные особи специализируются на добыче домашних животных [43], хотя следует признать, что в последние десятилетия таких немного.

Продолжить чтение →

Согласно учению Л. В. Крушинского [70], рассудочная деятельность предусматривает возможность построения программы поведения в новой конкретной ситуации без предварительного опыта. При этом не отрицается возможность участия в построении программы элементов поведения, связанных с воспоминаниями «о ситуациях, аналогичных тем, с которыми организм сталкивался в своей индивидуальной жизни». Основное положение, на котором строит свою теорию Л. В. Крушинский, заключается в том, что животные живут не только в мире воспринимаемых ими предметов и явлений природы, но и тех законов, которые связывают элементы и явления окружающей среды.

Наблюдая за поведением животных в естественных условиях, провести четкую грань между поведением, отражающим предшествующий опыт особи, и проявлением элементов рассудочной деятельности не представляется возможным. При этом следует учитывать также тот факт, что акт рассудочной деятельности может включать различное сочетание составляющих реакций, выработанных ранее в процессе обучения. Тем не менее, отдельные поведенческие акты, проявляющиеся у медведя в новой, впервые возникшей для него обстановке, трудно объяснить, не допуская мысли о том, что проявившаяся у особи адекватная реакция на новый раздражитель является результатом рассудочного поведения, т. е. поведенческого акта, возникшего в результате улавливания этой особью законов, связывающих элементы окружающей среды, и оперирования этими законами в выработке адаптивного поведения. Мы считаем возможным рассматривать такие поведенческие акты как форму проявления рассудочного поведения, не затрагивая вопросов анализаторной системы, которые недоступны для исследования в полевых условиях.

Продолжить чтение →

Определение плотности медведей в угодьях предусматривает и установление возможной емкости последних для этого вида. В этой связи показатели общей плотности не всегда оправданны, так как не отражают действительной плотности вида в конкретных угодьях.

Для составления общего представления о заселении медведями определенной крупной по площади территории более целесообразно приводить показатели их численности на всей этой территории, тем более что во многих случаях не представляется возможным определить численность и запасы вида по отдельным областям, поскольку авторы зачастую не приводят четких определений границ областей и районов, на которые распространяется исчисляемый ими показатель плотности.

Ничего не дает и общая ссылка на экологическую плотность, или, как иногда выражаются, «плотность в пригодных для обитания угодьях». Если не указана конкретно территория, на которую распространяется показатель плотности, цена таких ссылок невелика.

Продолжить чтение →

Оно не всегда одинаково. Часто он закапывает жертву землей, мхом, заваливает кустарником, но это необязательное его действие. Нам известны случаи закапывания этим хищником падали, находящейся во второй-третьей стадии мацерации, когда налицо уже гнилостное разложение. В этой связи утверждение, что медведь закапывает свою добычу для того, чтобы она протухла, несостоятельно. Немало и таких случаев, когда зверь не пытался прятать свежую добычу. По-видимому, акт закапывания жертвы предусматривает в первую очередь сохранение ее от нахлебников, поскольку около добычи медведя быстро собираются врановые птицы, и хищник ревностно охраняет ее от них. В Приамурье, например, медведи закапывают свою добычу после каждой кормежки (Сысоев, 1966).

Продолжить чтение →

В сознании человека, веками воспитывавшегося на добром отношении к окружающему его миру, слово «хищник» вызывает вполне определенные ассоциации, связанные с умерщвлением живого существа, с жестокостью. Хищничество человек нередко связывает и с кровожадностью, той самой, что несет с собой неоправданное зло — «неразумное» уничтожение хищником других животных.

Бурый медведь — хищник крупный, необыкновенно сильный и, конечно, опасный для других животных, а главное, для человека. В прошлом он нередко нападал на домашний скот, принося тем самым непоправимый вред, особенно если убивал единственную лошадь — опору всей семьи крестьянина. В Средней России медведь травил овес на полях, не обходил стороной и ульи, поэтому отношение сельского населения к нему было всегда однозначным: вредный для человека зверь. Широко практиковалась охота на берлогах, за которую заезжие охотники платили хорошие деньги. Вот и старались сельские жители отыскать берлогу медведя, а нередко всем селом выходили на загонные охоты — выгоняли обложенного медведя из чащи на линию охотников. При каждом удобном случае пытались медведя убить, а на худой конец пугнуть как следует. И хотя мало было охотников на селе (все больше скотоводством занимались да хлеб выращивали), но медведи держались от человека подальше, так как всякий зверь, потерявший страх перед человеком, попадал в конце концов под выстрел. Ставили на медведей и пудовые капканы. Такое отношение людей к медведю сформировало у него целый ряд поведенческих признаков, обеспечивающих ему выживание и определяющих особо осторожное отношение хищника к человеку, едва ли не единственному своему врагу [106].

Продолжить чтение →