Из обычной для нас озерно-речной рыбы трудно найти такую, которую нельзя встретить в зарослях жесткой прибрежной растительности. Пожалуй, только жерех и голавль не лезут в камыши, их следует искать в других местах. Даже толстолобики, которых мы причисляем к пелагическим рыбам, попадались в узких камышовых проходах. Зато мальки всех без исключения рыб прячутся именно там, тем самым еще раз доказывая, что более безопасного места в реке или озере нет. В иных тростниковых островах мы обнаруживали чуть не на каждом метре маленьких сомиков — настоящий детский сад.

Наиболее часто встречаемая в тростниках рыба, карась. Как белый, так и золотой. Стаи красноперок выбирают небольшие свободные участки среди сплошных зарослей или вьются возле их края. Вместе с красноперками запросто разгуливают окуни. Изредка среди леса жестких стеблей проскальзывают несколько лещей — плоские и высокие, будто специально слепленные для жизни в такой тесной, «вертикальной» обстановке. Всех этих рыб мы видим, когда заберемся сами в тростники и на время замрем. Медленно продвигаясь сквозь тростник, мы можем натолкнуться на спрятавшихся у дна язей, или висящего в толще воды линя. Даже судаки, которые любят глубину и пес-чано-галечное дно, поздней осенью и зимой залегают в жесткую водную растительность на глубине в полметра. Продолжить чтение →

Иван — охотник начинающий, хотя молодым человеком его не назовешь: сорок лет — вполне зрелый возраст. Как и у большинства начинающих охотников, снаряжение его не отличалось совершенством, но, главное, не совсем подходило именно ему. В частности, ласты были великоваты в калоше. Грузовой пояс состоял из грузов по два с половиной килограмма каждый, и, если в начале охоты пояс уравновешивал плавучесть гидрокостюма, то через час плавания начинал прита-пливать охотника даже на поверхности. Ружье вполне достойное, но для новичка можно было бы взять ружье и послабее.

Все это, плюс нарушение главного правила поведения под водой («Не дергаться и не паниковать!»), и привело нашего героя к критической ситуации. Иван охотился в реке с очень прозрачной водой. Глубина 4-5 метров. Нырял и плавал он хорошо (в детстве занимался плаванием в секции), поэтому в своих мощных ластах чувствовал себя как рыбы в воде. Солнце пронизывало всю толщу воды, охотник был полон сил, и ничто не предвещало беды. Продолжить чтение →

Сколько раз мы читали и слышали убедительные доводы в пользу того, что подводная охота — дело не сложное, доступное и старому, и малому. И это, действительно, так. Но только при условии, если подходить к ней ответственно и разумно. Увы, в жизни не всегда так бывает. Причем болезнь легкомыслия поражает не только молодые, да буйные, но и убеленные сединой, головы. Ярким (и назидательным!) примером этому могут служить три охотничьих дня, которые имели место этой весной на астраханских ильменях. А главным действующим лицом тех событий был я. Оправдания моим злоключениям нет, разве что известная пословица, вынесенная в заголовок данного повествования.

Пожалуй, тот день выдался самым жарким из всех десяти, что мы охотились в этих южных краях. Место охоты избрали такое, что всем нам будет в воде тесно и небезопасно, поэтому Владимир охотился у одной протоки, а наши рыболовы и мы с Андреем, у другой. Поплавав совсем немного, мне стало ясно, что сазана тут нет, и я решил перейти на другое место. «Перейти» потому, что машина с Володей уже ушла. Сообщил об этом Андрею, и пошел вдоль ильменя, рассчитывая максимум через два-три километра оказаться у другого его конца. Продолжить чтение →